При этом ночные видения таинственным образом связаны с воспоминаниями, то есть с происходившим на самом деле. Во сне дневные события сортируются и перерабатываются так, чтобы нужные остались в памяти и были доступны всегда. Это происходит с помощью гиппокампа – отдела мозга, похожего на морского конька, а не на обычную «сухопутную» лошадь. Именно благодаря ему люди могут учиться, совершенствоваться, усваивать информацию, знания и навыки. Но не нужно даже пытаться делать это, если ты не спишь. Иными словами, благодаря грёзам пережитое становится багажом человека. Только из-за них мы, возможно, живём не зря. И именно потому по ночам приходят идеи, случаются озарения, совершаются открытия.

Самая главная черта настоящего сна – то, что всё вокруг кажется совершенно реальным. Дёргай за ухо сколько хочешь, лишь после пробуждения человек поймёт, было это на самом деле или нет. Проснулся ли сейчас Горенов? Или опять сон во сне? Если так, то где же он находится теперь?

По статистике место действия каждой шестнадцатой грёзы – своеобразный смысловой вакуум. Там нет окружающей среды, события происходят «нигде». А каждый десятый сон – лишь статическое изображение, фотография, кадр кинофильма или живописное полотно.

Но, опять-таки, стоит всё это проговорить, объяснить читателю, как очередной замысел обращается в руины, лишаясь шарма таинственности. Быть может, прав был Горюнов? Их нужно наказать. Каждого! Поскольку все виноваты перед книгой в том, что прочли её до конца! Что заставили автора попытаться воплотить фантазм, образ, имевший хоть какое-то отношение к пространству смыслов, в словах, то есть в средстве, не предназначенном для его передачи. В том, что сделали из писателя, из живого человека, не более чем игрушку в этой древней забаве.

Грех чтения обусловлен одной проблемой: книга в сознании познакомившегося с текстом никогда не оказывается адекватной замыслу. Непрочитанные романы намного интереснее прочитанных. Фантастические и искромётные слухи о великих текстах превосходят реальные впечатления. Чтение – это путь разочарования. Пока близорукий глаз не пробежал по строкам, загадочный смысл ещё имеет шансы представляться потусторонним чудом, пусть даже не являясь им. Но после – уж точно нет. Выход один: значит, тайна должна оставаться тайной! Её нельзя раскрывать! Никогда! Они не должны знать, что было на самом деле!

Может ли история не иметь конца? Обрыв сюжета в кульминации или другом интересном месте, как правило, не удовлетворяет читателя, нужно именно непрекращающееся повествование. Возможно ли такое? Сколько авторов ломали копья, пытаясь создавать бесконечные книги, но всякий раз подобные затеи вероломно разбивались о последнюю страницу.