Немощный Эркюль убивает садиста и маньяка, который наверняка погубил бы ещё многих. Тем самым он спасает Гастингса, поскольку старый друг, вероятно, стал бы следующей жертвой. А главное, Пуаро совершает преступление очень красиво: снотворное, пистолет… «Золотой комплект»! Прелесть жанрового предметного мира! Разве случившееся можно назвать поражением?!

В том же письме бельгиец признаётся, что это – его второе убийство. Предыдущее он совершил ещё в молодости. Иными словами, он был душегубом на протяжении всей эпопеи, с самого первого своего появления. Кто-то из читателей теперь пересмотрит отношение к нему?

Кристи изобрела отличный авторский ход, но после того, как он становится известным, вся магия исчезает. Мисс Марпл, кстати, так и осталась живой. Жив до сих пор и Ниро Вулф, но что толку? Детективы имеют смысл лишь до тех пор, пока в них сохраняется загадка. А может ли она остаться, если книга прочитана от начала до конца?

Как поступить в случае Горенова? Допустим, никаких убийств на самом деле не было, а все описанные события – лишь игра ума героя. Легко выпутаться из ситуации, заявив, что сейчас он летит на самолёте с мамой, будучи маленьким мальчиком, а история мстителя – это какие-то странные пришлые взрослые фантазии, посетившие детское сознание во время авиакатастрофы… Или нет, пусть Георгий вырос, стал большим и в данный момент плывёт где-то далеко в море, а на пляже его ожидает пакет с аккуратно сложенными вещами. Дождётся ли? Можно добавить, что он, дескать, ещё не решил, как поступить – продолжить путь или вернуться назад. Вообще говоря, Горенов вполне мог бы и утонуть. Или так: пловец достигает острова, на котором расположена прекрасная маленькая церковь, и там сводит счёты с жизнью. С чего вдруг? Это же известная загадка Мартина Идена. Пережив выдуманные события будто произошедшие, он понимает: ничего не нужно добиваться с больши́ми усилиями. Да, в действительности человек может очень многое. Почти всё. Но только у него кишка тонка придумать себе достойную цель, которая не обесценилась бы со временем. Однако стоит это проговорить прямым текстом, написать, даже с использованием заветной буквы «супер З», как манившая загадка исчезает в очередной раз. Вот ведь, оказывается, печаль какая.

Бытует мнение, что каждый рад «прочитать о себе». Но кто действительно согласится узнать себя здесь? Самая универсальная, правдоподобная и вечная история, описывающая положение человека, – это рассказ о том, как некто сидит и скучает, страдает и спит… Сон, скука, страдание и смерть… Секс ещё… Надо было изобретать букву «супер С», но слишком велик риск получить греческий строчный «эпсилон». Они всё придумали до нас… Можно разве что ещё поставить точку над этой литерой.