– Похоже, что обстановка почти нормализовалась, понимаете ли, – проговорил капитан Лузли, когда они наконец выехали на дорогу к Брайтону. – Хотя… слишком много разбитых окон, и смотрите – этот покореженный металл на дороге, понимаете ли. Перевернутые автомобили. Варварство, варварство! Военное положение… Бедный сержант Имидж! Нам нужно было записать их фамилии, понимаете ли, фамилии тех, кто ответствен за это. Тогда бы их можно было всех наказать!

– Перестаньте нести околесицу, – заговорил рядовой Оксенфорд. – Вы так себя ведете, что, глядя на вас, мне иногда просто блевать хочется!

– Оксенфорд! – закричал потрясенный капитан Лузли. – Мне кажется, вы не совсем понимаете, что говорите! Если на нас нет формы, это не значит, понимаете ли, что можно забыть разницу, обусловленную… обусловленную…

– Да заткнитесь же вы! Все кончено. Неужели вы не понимаете, черт побери, что с нами все кончено?! И как только вы в начальство выбились, вот это меня просто поражает!

Они въехали в Хейвордзхит.

– Первое, что я сделаю, когда вернусь и раздобуду какую-нибудь одежду, так это вступлю в их чертову армию, – продолжал Оксенфорд. – Эта ваша система меня доконала, хотя ей и самой конец пришел.

Они выехали из Хейвордзхита.

– Этой нашей системе конец не пришел, понимаете ли, – проговорил капитан Лузли. – Всегда должна быть организация, которая могла бы держать народ в подчинении, то ли с помощью силы, понимаете ли, то ли с помощью пропаганды. Я вас прощаю, Оксенфорд, – добавил он великодушно. – Судьба сержанта Имиджа, должно быть, расстроила вас, так же как, признаюсь, она расстроила меня, понимаете ли. Немного. Но постарайтесь, чтобы такого не случалось впредь. Помните, прошу вас, о разнице в наших званиях.

– Да заткнитесь вы! – снова огрызнулся Оксенфорд. – Я чертовски замерз, я чертовски голоден, и мне чертовски хочется остановить фургон и бросить вас к дьяволу, а самому пойти и присоединиться вон к той компании!

Он коротко кивнул головой в направлении группы людей, похожих на цыган, которые, расположившись вокруг костра на обочине дороги, что-то спокойно ели.

– Армия до них доберется, – спокойно проговорил капитан Лузли. – Не бойтесь, всех их переловят.

– А-а-а-пчхи! – неожиданно чихнул Оксенфорд. – А… а– а-а-пчхи! – чихнул он еще раз. – Черт бы побрал все, я насморк схватил, ну, прелесть какая! Чтоб глаза ваши лопнули, Лузли! А-а-р-р-чхи!

– Столичному Комиссару будет что сказать вам по этому поводу, понимаете ли, – пригрозил капитан Лузли. – Нарушение субординации в чистом виде.

– А я-то думал, что целью данной операции было сделать так, чтобы Столичного Комиссара уволили, – саркастически заметил Оксенфорд. – Я думал, что в этом-то и вся соль.