Садимся с родителями за стол. Смотрят они на меня и не знают, что спросить даже. Соскучились. Отец чуть поседел, кажется. А у матери морщинок прибавилось. Сейчас поем домашней стряпни и спать.

Слышу как кто-то стучит. Отец зовет меня.

На пороге стоит помощник дежурного по части:

— Собирайся! Нам надо еще нескольких человек объехать. Жду тебя на улице, даю 20 минут! — скороговоркой пробубнил он.

Ничего не поделаешь. Стал собираться. Столько надежд на эти сутки было! А вместо суток — всего два часа. Может кто-то из солдат в СОЧ[1](самовольное оставление части) сбежал? Что за срочность?

Взял пакет с вещами, сказал родителям, что постараюсь приехать на следующие выходные.

Ехали мы на повышенной скорости, заскочили еще по адресу, забрали офицера по пути и — в отряд. Подъезжая, увидел какую-то излишнюю суету. Одни бойцы несли рюкзаки с вещами на плац, другие шли от комнаты хранения оружия (КХО[2]). Может быть, тревога учебная? Или приехал кто-то из отцов-командиров?

Иду в дежурку отметиться о прибытии. Окликает дежурный офицер: — Эй! Тебе чего?

— Я из увольнения, — отвечаю.

— Давай к себе!

Не понимая что происходит, я направился в расположение.

Зашел к командиру группы, доложил что на месте. «Давай живее! Что смотришь?! У нас тут тревога!» — крикнул он мне.

Я метнулся в каптерку за своими вещами. Схватил сумку и выбежал на улицу для построения. В одной руке — рюкзак, из которого торчала саперная лопатка, а в другой — шлем и бронежилет.

Офицер приказал замкомвзвода — сержанту с позывным Дизель — отправить группу к комнате хранения оружия, а лично ему велел вернуться в штаб. Видимо, позывной Дизелю достался за его сходство с Вином Дизелем. До армии он, так же как известный американский актер, носил кудри, но служба сделала свое дело. Крепкому, громадных размеров бойцу-срочнику не положены кудри! Бритый налысо, он выглядел брутально. Сила воли и упорство помогли ему сдать на краповый берет[3].

Другом Дизеля стал боец Витек. Упорства в Витьке было столько же, однако, в отличие от Дизеля, он так и не смог сдать квалификационных испытаний. Краповый берет не получил. Между собой мы называли Витька Кошмаром. В его развитом не по годам теле жил не восемнадцатилетний подросток, а перекачанный мужик. А все из-за того, что перед службой он увлекся стероидами. Внешний вид Кошмара — его главное оружие. Его боялись даже молодые офицеры. В группе он был пулеметчиком РПК 74[4].

По команде мы пошли в сторону КХО. В очереди за оружием, я думал о своем неудавшемся суточном отпуске. Так хотелось хотя бы сутки отдохнуть от всех этих «дизелей» и «кошмаров», от каждодневной армейской беготни. Тогда я ещё тешил себя надеждой, что всё это происходит из-за учебной тревоги.