«Джек знает об А» означает, что в уме Джека есть «модель» M для A.

Но что это скрывается за утверждением, будто один объект является моделью другого – и как модель возникает в разуме? Опять-таки, мы должны задать некие стандарты или границы. Давайте назначим Джека «судьей».

Джек считает, что M является хорошей моделью A, поскольку, на его взгляд, M помогает отвечать на вопросы об A.

Допустим, например, что A – это настоящий автомобиль, а M – тот объект, который мы называем игрушечным автомобилем или моделью. Тогда Джек сможет использовать М, чтобы ответить на некоторые вопросы об А. Однако было бы странно говорить, что М олицетворяет «знание» Джека об А, ведь слово «знание» в обыденном толковании относится к разуму, а Джек не может «вместить» в свой ум игрушку. Но никто не утверждал, что модель обязана быть обычным физическим объектом. Наше определение модели лишь постулирует, что она помогает человеку отвечать на вопросы. Следовательно, человек может обладать как физической, так и «ментальной» моделью, в виде какой-то мысленной структуры, какого-то сочетания агентов в разуме. Отсюда вытекает простое объяснение того, что мы подразумеваем под знанием: знание Джека об А выражается в неких ментальных моделях, охватывающих мыслительные процессы или агентов разума, а эти модели могут использовать других агентов Джека для ответов на вопросы об А. То есть ментальной модели автомобиля нет необходимости каким-либо очевидным образом совпадать с реальным автомобилем. Она не должна быть тяжелой, не должна быстро ездить или потреблять бензин, чтобы мы могли ответить на такие вопросы об этом автомобиле, как «Насколько он тяжелый?» или «До какой скорости он разгоняется?»

Наши ментальные модели также работают в социальной сфере, позволяя отвечать на такие вопросы, как «Кому принадлежит эта машина?» или «Кто позволил припарковать ее здесь?» Однако, чтобы понять смысл таких вопросов, нужно уточнить, что в данном случае подразумевается под «кто»; ответ будет заключаться в том, что мы создаем ментальные модели людей. Чтобы «узнать» склонности, мотивы и чувства Джека, Мэри должна построить в своей голове мысленную структуру, отвечающую на эти вопросы, и данная структура станет ментальной моделью Джека. Подумайте обо всем том, что способны творить наши модели других личностей! Если Мэри хорошо знает Джека, она сможет ответить не только на «физические» вопросы («Насколько Джек высок ростом?»), но и на социальные («Он мне нравится?»), а также на «психологические» («Каковы идеалы Джека?»). Вполне возможно, что модель Джека в уме Мэри позволит получить более точные ответы на эти вопросы, чем если задать их самому Джеку. Ментальные модели наших друзей, к слову, нередко полнее в ряде отношений, нежели ментальные модели самих себя.