Ткаченко каже, що Російські Установчи Збори означають суверенитет всієї Росії, в результаті чого знову виявляться старі централістичні тенденції і федерації не побачимо{1084}.

Итак, мнения снова разделились: не все поддерживают независимость (или по крайней мере независимость «здесь и сейчас»). Но на этом этапе есть основания назвать эту идею популярной.

Четвертый Универсал: независимость

Четвертый Универсал: независимость

Основная стадия мирных переговоров в Бресте началась в последнюю неделю декабря (по старому стилю). Советская делегация во главе с Львом Троцким прибыла в Брест 25 декабря (7 января 1918) и первым делом назначила встречу с киевскими представителями. Глава украинской делегации Всеволод Голубович прибыл на следующий день.

Советские войска на востоке Украины уже вели военные действия против украинских – но в Бресте речь шла о том, чтобы выступать против немцев и австрийцев совместно! Поначалу обе стороны соглашались с такой линией поведения. Севрюк исходил из того, что обе делегации самостоятельны, но находятся по одну сторону фронта, и потому программа мира у них должна быть общей. (Впрочем, Голубович, докладывая о ходе переговоров на заседании Малой Рады, утверждал иное. По его версии, он прибыл в Брест 24 декабря (6 января), и «[п]ерше, що ми вважали потрібним – побачитися з большевиками. На першім же засіданні виявилось, що йти разом ми не зможемо і йтимемо окремо»{1085}.) Троцкий же планировал было предложить всем участникам переговоров «признать делегацию Генерального Секрегариата Украины Представительством независимой [! – С. М.] Украинской республики и как таковое полномочным для ведения мирных переговоров». Не исключено, правда, что он, Троцкий, рассчитывал на то же самое, на что и Совнарком тремя неделями ранее, выражая готовность признать независимость Украины: что это будет «правильная» (с точки зрения большевиков) Украина. Существуют отрывочные свидетельства, что Троцкий перед выездом из Петрограда в Брест общался с киевскими большевиками и, возможно, с левыми украинскими эсерами. Как бы то ни было, советско-украинское единство в Бресте не сложилось – главным образом из-за того, что конфликт между Совнаркомом и Центральной Радой всё же продолжался. Советское правительство предложило Генеральному секретариату уладить конфликт путем переговоров, на что тот ответил отказом. В последние дни декабря секретарь Совнаркома Н. Горбунов передал по прямому проводу в Киев: «Насколько я знаю, все абсолютно возмущены уклончивостью Рады по вопросу о Каледине и калединцах, считают мир с такой Радой невозможным»{1086}.