— Конечно, — улыбается Сомер. — Где же мне еще быть?

— Я знаю, что и для дадимы это тоже очень важно, — говорит Аша. — Она старается не показывать этого, но случившееся стало для нее тяжелым ударом. Я слышу, как она плачет по ночам.

— Это, должно быть, невыносимо, — говорит Сомер, — потерять мужа, прожив с ним пятьдесят лет или сколько?

— Пятьдесят четыре. Они поженились через год после того, как Индия получила независимость, — отвечает Аша. — Она удивительная женщина. Я столько от нее узнала. Здесь все очень хорошие. Ты знаешь, что у меня здесь тридцать два двоюродных брата и сестры? Мне здесь понравилось, действительно понравилось.

Сомер улыбается.

— А что с твоим проектом?

Аша выпрямляет спину и с блеском в глазах отвечает:

— Хочешь пойти со мной в редакцию «Таймс» сегодня? Я покажу тебе, что сделала.

* * *

Сомер идет за Ашей по лабиринту отдела новостей, впечатленная тем, как уверенно ее дочь чувствует себя в этой обстановке.

Наконец они останавливаются у какой-то двери, и Аша стучится в нее.

— Мина, — говорит она, — я хочу познакомить тебя со своей мамой.

Со стула вскакивает миниатюрная женщина.

— Ах, так это и есть знаменитая доктор Тхаккар. Аша о вас очень много рассказывала. Для меня честь познакомиться с вами.

Она протягивает руку, и Сомер пожимает ее, осознавая, насколько приятно, когда в ней признают мать Аши.

Мина обращается к Аше:

— Ты уже показывала?

Улыбаясь, девушка качает головой.

— Тогда неси сюда, — говорит Мина, — я выключу свет.

— Мы засняли на камеру все интервью, которые взяли в трущобах, — поясняет Аша, ставя на стол Мины свой ноутбук. — И я смонтировала небольшой фильм.