– И за меня не волнуйся, – завершил беседу святой отец, – вчера на мне Захарий свое искусство испытывал, мою защиту не осилил. Толковал, что он волхв посильнее Невзора будет. Ладно, хватит об этом. Когда нам нужно будет от вас отделиться?

– Скорей возле невольничьего рынка и разделимся, но для верности решим так: как будет пора, я кого-нибудь из твоих сопровождающих подзову и скажу.

– Годится.

У вышедших иногородних я спросил имена.

– Архип! Осип, – бойко отрапортовали мужики, и мы пошли.

Девочка к этому времени уже вернулась, лежбище ведьмы было где-то недалеко. Проходя мимо сорванцов, я внятно и очень громко сказал:

– Сначала на Подольский Торг пойдем, барахло нужно продать.

Держались двумя ватагами, люди Николая слегка позади нас. На краю зрения что-то мелькнуло. Василиса объявилась! Архип с Осипом старались в два голоса вовсю.

– Убей Невзора, святой отец!

– Не щади черного волхва, – он уже не человек!

Мы зашли на Торг, и Пелагея подвела нас к нужному перекупщику и негромко ему сказала:

– Грицко, это я – Пелагея, из Оксанки в Татьяну перепрыгнула.

Мужик со здоровенной и очень черной бородищей к этой метаморфозе отнесся спокойно, видно видал всяческие виды, вежливо спросил:

– Чем могу служить?

– Одежку хотим продать.

– Показывайте.

Увидев движимое имущество, склонился к ведьме и совсем тихо решил узнать:

– За разбой взялась?

– С банды Кривого долг взыскали.

Длиннобородый решил узнать обстоятельства дела.