Света, глубоко дыша, посмотрела ему вслед, чувствуя свою беспомощность, затем обернулась и, не соображая, куда бежит, бросилась через двор, огибая припаркованные машины.

Оставив двор позади, она выбежала на проезжую часть неширокой дороги. Впереди высилась лесопарковая зона. Слева вдалеке виднелся пешеходный переход и асфальтовая дорожка, ведущая в лес. По ней медленно двигалась из парка молодая женщина, толкая перед собой коляску.

Света бросилась через дорогу, даже не посмотрев, не мчится ли какой-нибудь сумасшедший автомобиль. По ковру листьев побежала к кустарнику, предваряющему лес. Она заметила на ветке несколько желтых листьев с капельками чего-то красного, и, подбежав ближе, поняла, что это кровь. Не раздумывая, она ринулась через кустарник, царапая о ветки лицо и руки, вбежала в тихий холодный лес. Хотя листва уже значительно поредела, и землю устилал никем не тронутый ковер пестрых листьев, было видно только метров на пятьдесят, дальше мешали спутанные ветки. Она сделала несколько шагов, поворачиваясь из стороны в сторону, и замерла, прислушиваясь. Ей показалось, что она услышала стон где-то впереди слева и скорее побежала к тому месту, откуда донесся звук.

Света не ошиблась. Возле высокой осины, еще не скинувшей багряную королевскую мантию, стоял Сергей, тяжело опираясь одной рукой о ствол, другой держась за правый бок. Она не успела ничего сказать или сделать, как он качнулся, тяжело опираясь о дерево, и осторожно лег, будто укладываясь не на холодную октябрьскую землю, а на мягкий плюшевый диван.

Света подошла ближе. Глаза Сергея были закрыты, лицо спокойно. Если бы не рука, зажимающая кровоточащую рану в боку, можно было подумать, что он просто гулял, устал и прилег отдохнуть.

Он почувствовал, что она рядом, и открыл глаза, сквозь пелену разглядывая её лицо. На губах его расцвела спокойная мягкая улыбка.

– Света, – тихо и радостно сказал он.

– Сережа, – прошептала она, боясь, что сейчас заплачет.

Она опустилась перед ним на колени, даже не почувствовав, как холод земли сковывает ее ноги в тонких чулках.

Глядя на нее с тихим восторгом, Сергей поднял левую руку и ладонью мягко провел по ее скулам, обрамленным растрепанными волосами. Устало опустил руку себе на грудь и закрыл глаза, отдыхая и наслаждаясь присутствием Светы.

Он знал, что она его любит, и ему было хорошо. Он был рад, что не пришлось убивать Игоря. Альтер эго испарилось. Он чувствовал, что теперь навсегда. Он сам управлял собой. Ему было приятно ощущать всю мощь острой боли в боку, не через туман, не как марионетка или робот.