– Да, это я. Дорогой Джеймс… поверить не могу! Мой друг, мой дорогой друг…

Амброз протянул руки над столиком, и отец О’Брайен потянулся ему навстречу.

– Что происходит, мама? – прошептала Мэри-Кэт. – Они хотят чаю?

– Я принесу им чай, но потом нам нужно будет оставить их наедине. Им надо многое наверстать.

Вооружившись двумя чашками чая, я вышла на балкон и поставила их перед стариками. Они до сих пор держали друг друга за руки, настолько заблудившись в общих воспоминаниях, что даже не заметили меня.

Я тихо отошла в комнату и выпроводила Кэти и своих детей в коридор.

* * *

– С ними все в порядке? – спросила Кэти час спустя, когда я присоединилась к ней в нижнем фойе, украдкой проверив состояние Амброза и отца О’Брайена.

– Им сейчас хорошо. Я спросила, нужно ли им что-нибудь еще, и они ответили, что ничего не нужно. Где дети?

– В своих комнатах. Думаю, они все еще преодолевают последствия вчерашней гулянки. – Кэти улыбнулась. – Так почему дружба Амброза и отца О’Брайена вдруг закончилась столько лет назад?

– Помнишь старую склочную экономку по имени миссис Каванаг, работавшую у отца О’Брайена?

– Как я могу забыть ее? – Кэти закатила глаза. – Свирепая старая карга, и это еще мягко говоря.

– Она угрожала Амброзу, хотела рассказать всем, что видела их в объятиях друг друга после того, как умер отец Амброза. Джеймс всего лишь утешал любимого друга после его утраты, но она сказала, что собирается донести епископу на «неподобающее поведение» отца О’Брайена.

– Значит, эта ведьма собиралась выдать желаемое за действительное?

– Именно так. – Я вздохнула. – У Амброза не оставалось выхода, кроме отъезда. Он понимал, что любой намек на скандал мог разрушить карьеру отца О’Брайена. Полагаю, это разбило сердце Амброза; каждый раз, когда он приезжал сюда, они часами беседовали друг с другом, главным образом спорили о существовании Бога. Видишь ли, Амброз – атеист.

– Значит, ты думаешь, между ними все-таки происходило что-то неуместное?

– Нет. Абсолютно и категорически. Я знаю, что Амброз тебе никогда не нравился, но он всегда понимал, что отец О’Брайен любил только Бога, и уважал это. А кто может соперничать с Богом? – Я пожала плечами.

– Ладно, что бы я ни думала об Амброзе, ты совершила замечательный поступок, Мерри, когда поспособствовала их воссоединению. Жизнь отца О’Брайена в доме для престарелых уныла и монотонна, это точно. Но мне придется отвезти нашего друга назад, пока там не вызвали охрану на его поиски. Очень не хочется прерывать их беседу, но…

– Разумеется, – согласилась я. – Я уверена, что Амброз подольше задержится здесь теперь, когда узнает, ради чего я попросила его приехать сюда.