– Почему вы, Иван Петрович, продолжаете торговые дела, и не участвуете своим трудом в возрождении и развитии страны на принципах социализма, – неоднократно выговаривал ему Фёдор Иванович за чашкой чая, когда Иван Петрович, уладив торговые заботы, забегал вечерком в эту маленькую квартирку, чтобы пообщаться со стариком и узнать последние новости о намерениях партии большевиков во главе со Сталиным, поскольку от этих намерений зависела и судьба его торгового дела по антиквариату.

– Я бы и рад снова заняться учительством, – всегда отвечал Иван Петрович на эти упрёки, но большевистская власть не даёт мне права заниматься учительством, поскольку считает меня чуждым элементом, недостойным заниматься обучением подрастающего поколения строителей коммунизма, – так это называется сейчас в советских газетах.

Поэтому мне и приходится торговать антиквариатом, и не вижу в этом ничего плохого: у одних людей имеются редкие вещицы, оставшиеся от прежних времен, а у других имеются деньги, которые большевики грозились уничтожить, да не смогли или не захотели, и я помогаю этим людям найти друг друга и сохранить изделия старины для будущих поколений.

Это же не спекуляция продуктами и мануфактурой, которой занимаются нэпманы, а честная торговля редкими вещицами, которая и мне позволяет содержать семью из семи человек. Было бы лучше, если бы Советская власть озаботилась судьбою таких как я, а не искала в каждом из нас врагов существующей власти.

Да, я воевал против большевиков, но не по убеждению, а по принуждению, и не надо мне мстить за это всю оставшуюся жизнь и обрекать мою семью на лишения, тем более, что ваш Сталин говорит, что дети не в ответе за родителей.

– Может ты и прав, Иван Петрович, но как отличить скрытых врагов от таких, как ты, лишенцев судьбы? – возражал Фёдор Иванович. – В газетах постоянно пишут о разоблачении врагов Советской власти, которые пробрались даже в руководство партии: все эти Троцкие, Зиновьевы и Каменевы, которых исключают из партии, потом снова восстанавливают за прежние заслуги, а затем исключают повторно, ибо своих ошибок эти люди не признают и вредят делу построения социализма больше, чем враги за рубежом.

Внутренние враги и предатели всегда опаснее открытых врагов, и Сталин правильно поступает, что изгоняет ренегатов из партии большевиков. Но, как говорится: если враг не сдается, его уничтожают, и, кажется мне, что Сталин вскоре будет не изгонять предателей делу социализма из партии, а начнёт их уничтожать руками ОГПУ, в котором множество евреев засело на командных должностях, и боюсь, что быть тогда большой чистке, под которую иудеи подведут и невиновных людей, вроде тебя, Иван Петрович – так было в Великую Французскую революцию, так будет и у нас: полетят головы с плеч виновных и невиновных под предлогом борьбы с врагами социализма.