В то же время занимались пьянством, вымогательством и взяточничеством за разрешение проезда и провоза рыбы по территории форта „Краснофлотский“ частным лицам – рыболовам, с которых взимали плату натурой, как-то: брали рыбу, муку, спирт и пр. Между тем установлено, что рыбы на форт „Краснофлотский“ в течение лета 1922 г. поступило 168 пудов. Кроме таковой, в разное время поступало непосредственно для личных нужд КОТЛОВА и ШРЕДЕРА, по отдельным требованиям-запискам последних.

На договорных началах в продолжении лета 1922 г. эксплуатировался грузовик и частично легковая машина, причем выручаемые деньги сдавались КОТЛОВЫМ и ШРЕДЕРОМ, расходование таковых производилось безотчетно по усмотрению последних. Впоследствии легковая машина от чрезмерных поездок и катаний ШРЕДЕРА приведена в негодность, а грузовик по заключению лично ШРЕДЕРОМ с санкции КОТЛОВА, в Ораниенбаумском ресторане ОРЕПО договора от 30-го октября 1922 г, сдан управляющему Петергофским Авто-ремонтным заводом для эксплуатации сроком на 6 месяцев, где таковой по сие время находится.

По данным дознания, ШРЕДЕР пытался получить от Крепости 20 кубов и сбыть таковые в целях личной наживы в гор. Петрограде, по поводу чего была произведена предварительная подготовка, налаживания перевозочных средств, но план не осуществился, по причине последовавшей огласки о злоупотреблениях командования сектора.

В декабре 1922 ШРЕДЕР, будучи выпившим и на личной почве побуждаемый желанием дискредитировать Врид комиссара бригады и комиссара артдив, превысил пределы своей власти и подверг последних незаконному задержанию и даже аресту.

В сент. п/г по настоянию КОТЛОВА был переведен воздухоотряд из мызы „Лебяжье“ – частных дач в гор. Ораниенбаум. В данном случае (по словам КОТЛОВА) преследовались 3 цели: во-первых, дачи, занимаемые военными частями, были частновладельческими, на которые являлись претенденты, требовавшие уплаты за занимаемые частями дачи, чем впоследствии мог бы быть вызван большой расход Военного Ведомства, при том существовал приказ размещения воинских частей в казарменных помещениях, и, во-вторых, цель закрепить землю за Ижорским сектором, которая была дана воздухоотряду как шефский подарок, что впоследствии было сделано. КОТЛОВ большей частью пребывал на даче ЛАВРОВА, где у него была постоянная квартира и там же, по данным следствия, часто устраивались увеселения и попойки.

КОТЛОВ на известных условиях не официально представлял уполномоченному по лесозаготовке ШАЛИМОВУ рабочую силу по заготовке и грузке дров, неоднократно устраивал для этой цели субботники.