В 1822 г. в книге «Опыт краткой истории русской литературы» Н.И. Греч в лаконичной биографической справке отмечал у А.С. Пушкина «…необыкновенный дух пиитический, воображение и вкус».
Но после разгрома в декабре 1825 г. восстания на Сенатской площади Н.И. Греч столь резко переменил свои взгляды и прежнюю позицию, что даже снискал расположение шефа жандармов Бенкендорфа. В марте 1830 г. в «Северной пчеле» Н.И. Греч публикует пасквиль своего партнера по издательству, Булгарина, в котором Пушкин уже называется автором произведений, «лишенных мысли, возвышенного чувства и истины». Друзья-издатели Греч и Булгарин теперь дружно упрекают поэта в том, что он якобы «…чванится перед чернью вольнодумством и тишком ползает у ног сильных, чтобы те позволили ему нарядиться в шитый золотом кафтан…» С этого начинается совершенно иной период взаимоотношений А.С. Пушкина и поэтов его круга с тандемом Булгарин – Греч, пытавшихся переделать прогрессивную русскую литературу в «послушное орудие» Зимнего дворца.
Кстати, Ф.В. Булгарин, так же, как его приятель и компаньон Н.И. Греч, первоначально держался весьма демократических либеральных взглядов, но после восстания декабристов тоже занял открытую верноподданническую позицию и присоединился к числу беспринципных литературных осведомителей Третьего отделения. Они теперь с гордостью считали себя придворными издателями газеты «Северная пчела», цензорами которой тогда по сути являлись руководители Третьего отделения, не позволявшие этому печатному столичному органу публиковать любые материалы либерально-демократического толка.
Степень контроля главы Третьего отделения над изданиями верноподданных компаньонов порой доходила до абсурда. Как-то Ф.В. Булгарин был вызван на ковер к заместителю начальника Третьего отделения генералу А.В. Дубельту, учинившему дрожащему от страха Булгарину страшный разнос по поводу публикации статьи о непостоянстве и некоторой вредности для здоровья столичного населения петербургской погоды (за эту «либеральную выходку» Николай I грозился закрыть газету). Не дав Булгарину возможности пояснить и оправдаться о смысле опубликованной небольшой газетной статейки, генерал Дубельт, стуча по столу кулаком, кричал перепуганному издателю:
«Климат царской резиденции бранишь, негодяй! Смотри у меня!..»
Великий императорский гнев на себе собратья по перу Ф.В. Булгарин и Н.И. Греч со страхом испытали в другой раз, когда оба могли в одночасье не только лишиться газеты и журнала, но и оказаться «в местах не столь отдаленных». Женский угодник В.Ф. Булгарин тогда опубликовал в «Северной пчеле» балладу писательницы и поэтессы графини Евдокии Петровны Ростопчиной «Насильный брак», в которой та откровенно намекала на раздел Польши и присоединение ее частей к России. Главными фигурантами поэмы являлись некий барон и взятая им насильно супруга. Из баллады откровенно «торчали уши» героев, олицетворявших в лице разбойного барона Российскую империю, а в хрупкой беззащитной супруге вырисовывалась Польша. Скандал разразился невероятный. Теперь император Николай Павлович в великом гневе стучал кулаками и даже отдал распоряжение о немедленном закрытии журнала и потребовал при этом сурового наказания его издателей.