Ну а что же Он, Третий или Первый.
О нём мы как-то забыли. Как он жил все эти годы?
Романтики, на то и романтики, что живут не в реальном изменяющемся времени, а в заоблачных высях, где всё, всегда, нетленно.
Добавим и уязвлённое самолюбие, которое изнутри сжигало его.
Этим он и жил.
Прошлой любовью.
Прошлой страстью.
И просто ожиданием.
Ожиданием, которое, как правило, не сбывается.
Он всё о ней зал. И о замужестве, и о дочери, и о череде несчастий, которые на неё свалились.
Он узнаёт и про «Титаника». Про то, что Она поплывёт на нём, замурованная в своё горе.
И сразу решает, что должен быть на корабле. Должен быть рядом с ней. Чего бы это ему не стоило.
Он вкладывает весь свой капитал в эту поездку, как последнюю в жизни.
Будто это не «Титаник», не океанский лайнер, а лодка Харона, везущая мёртвых в Аид[478].
Только бы рядом с ней, а там трава не расти.
Сказал бы ему кто-нибудь, что «Титаник» разобьется, что он погибнет, только обрадовался бы.
Отчаяние и безумие вместе.
Так Он и Она, вместе оказались на «Титанике», который должен был плыть навстречу своей гибели.