- Да он и не пытался.

Призраки не только исчезают без предупреждения, но и появляются точно также.

- Она… здесь? – голос мистера Саттервуда дрогнул. – Как-то… ощущение такое… у меня и раньше было, будто смотрит кто-то… кто-то знакомый.

- Возможно, у кого-то из ваших предков был дар.

- Возможно.

- Мой сын был бестолочью, - безапелляционно заявила леди Элеонора. – И пить начал едва ли не раньше, чем окончил школу. Я пыталась его спасти, но невозможно помочь тому, кому не нужна помощь. Единственное, что он сделал правильно - женился.

- Что она…

- О женитьбе своего сына рассказывает.

- О да… леди Роуз Бессем. Она была не слишком красива, весьма набожна, а еще за ней дали почти двести тысяч приданого.

Которым, надо полагать, распорядилась леди Элеонора.

- Тогда-то отель и преобразился.

- Я сделала его лучшим в городе! И стоило это не только денег.

- Он стал лучшим в городе, но чего это стоило… - Саттервуд поглядел туда, где стояла леди Элеонора. – Мне отец рассказывал. Возможно, приукрашивал…

- Вряд ли, что может знать вчерашний лакей. Настоящие сделки происходили не здесь… но не важно.

- Леди Роуз забеременела и слегла… поговаривали…

- Что я её выжила, - леди Элеонора прошлась по дорожке. – Боги, во что они превратили мой сад? Мой чудесный сад? Где финиковые пальмы? Где…

- …леди не сама умерла.

- Вот не было печали.

- Но полагаю, это не более чем слухи. Женщины часто уходят во время родов, и даже хороший целитель ничего не способен сделать. А целителя, я точно знаю, к ней приглашали.

- И не одного. Слабая девица. И родить не смогла. Хорошо, договор был составлен толково, и приданое не пришлось возвращать.