– Ох, Звездочка, – вздохнул он. – Не надо так. Конечно, я скучаю по тебе.

– Ты любишь меня? – спросила я.

– К-к-конечно, люблю. И дядя Роли любит.

– А кого ты любишь сильнее?

– Тебя или маму? Откуда вообще такой вопрос?

– Нет, – сказала я. – Меня или Дану?

Теперь настал его черед отвернуться от стекла.

– З-з-зачем о таком спрашивать?

Я не хотела, чтобы он ушел. Пока не хотела. Я хотела спросить, когда именно он взял Гвендолен Ярборо «в законные супруги». Правда ли он это сделал, когда я была еще в роддоме, недоношенная, утыканная всяческими трубками? Я залезла в ящик маминого стола и рассмотрела свидетельство о браке, но не была до конца уверена. Если Гвен говорила правду, это значило, что у меня проблема: я не смогла бы сказать об этом маме, но не хотела оказаться в разряде людей, которые любят мать, но при этом врут ей.

– Т-т-ты сама знаешь, Шорисс, – сказал папа. – Открой дверь. Ты испытываешь мое терпение. Когда ты так себя ведешь, у людей сердце покрывается коркой. Я не хочу, чтобы мое покрывалось коркой в отношениях с тобой.

Услышав в голосе угрозу, я положила ладонь на ручку двери и впустила отца в дом.

– Ты меня любишь?

– Конечно, люблю.

– Тогда почему ты женился на Гвен, пока я еще лежала в кювезе?

– Кто тебе т-т-такое сказал?

– Она.

– Я бы такого не сделал, – сказал отец. – Я бы с тобой так не поступил.

И так легко было поверить ему на слово: так же, как снять тяжелый рюкзак, так же, как упасть с лестницы, так же, как закрыть глаза и заснуть.

26 Свадебная песнь

26