КНИГА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

КНИГА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ПЕРВАЯ Распознавание откликов / Шэнь ин

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Распознавание откликов / Шэнь ин

Властитель должен уметь распознавать человека не только по речам, но даже по лицу. Главное в получении знаний о человеке не в том, чтобы слушать то, что он говорит. Как говорится, пусть поет — мы подхватим, пусть бежит — мы догоним. Пусть то, что он обещает, он же и выполнит, пусть принимает славу по своей речи, а вот справится ли он с ней — будем судить по результатам. Тогда из речистых никто не станет обещать впустую, и властитель всегда сможет узнать то, что ему нужно.

Когда Кун Сы пришел попрощаться с луским правителем, тот ему сказал: «Властитель Поднебесной таков же, как я, зачем же Вам уезжать [к нему]?» Кун Сы ответил: «Я слышал, что благородный муж как птица: спугнут — улетает». Луский правитель сказал: «Наш властитель не мудр, об этом всем известно, так что Вы покидаете одного немудрого, чтобы попасть к другому немудрому. И после этого Вам кажется, что Вы способны наставить властителя Поднебесной?»

Птица улетает оттуда, где ее спугнут, туда, где ее не спугнут. Однако не всегда возможно узнать, где уйдешь от напасти, где будешь в безопасности. А если, покинув опасное место, окажешься в столь же опасном? Зачем же тогда птице сниматься с места? Именно такого рода ошибку допустил Кун Сы в ответе лускому правителю.

Вэйский Хуэй-ван послал сказать ханьскому Чжао-хоу: «Видимо, Чжэн <было приведено ханьским домом> к гибели. Вам бы позаботиться заранее о том, чтобы оставить надел <их> потомкам. Это то, что мы называем долгом перед лицом возможной гибели и прекращения жертв в храме предков. Если Вы сделаете это, Ваше имя будет прославлено». Тогда Гунцзы Ши Во сказал: «Позвольте мне отправиться туда для ответа». Прибыв в Вэй, он предстал перед вэйским царем и сказал: «Ваша держава повелевает нашему царству оставить надел потомкам чжэнского дома, но мы не можем выполнить повеление. Нам жаль Ваше великое царство из-за того, что в свое время потомок Чу-гуна из дома Шэн стал цзинским гуном и был оставлен заложником в Тунти. Тогда Ваша держава не жалела о нем, а теперь вы вдруг требуете от нас рассуждения в духе долга перед лицом возможной гибели и прекращения жертв, и мы не в состоянии этого выполнить».

Взйскому царю стало стыдно, и он сказал: «Я не это имел в виду, не будем больше об этом».

Так что бывает, что приводят в пример неверность долгу, чтобы самим проявить неверность долгу. Ибо хотя вэйский ван не знал, что ответить, поведение в противоречии с долгом в данном случае было еще более вопиющим. Ибо красноречие [риторика] Гунцзы Ши Во было способно приукрасить неправду и покрыть преступление.