Рассказывая о 504 годе армянского летоисчисления (1055-1056), Аристакес упоминает о неожиданном последствии сельджукских вторжений. Имперским наместником Тарона тогда был некто Феодор, сын того вестиса Аарона, болгарина по происхождению, который, как мы знаем, будучи на имперской службе, управлял Васпураканом. К Феодору пришли проситься на службу несколько отрядов турок, недовольных своими властями и, разумеется, порвавших отношения с двором сельджукского султана. Чтобы доказать, что они не лгут, эти турки ограбили мусульман из Хелата и привезли Феодору захваченную добычу. После этого несколько султанских подданных пришли к Феодору и потребовали, чтобы он выдал им перебежчиков. Феодор отказался, тогда сельджуки напали на Феодора и убили его.

Когда наступила зима, те же сельджуки отправились грабить селения округа Харк и в том числе селение Манкангом («Конюшня ребенка»), жителей которого они застали врасплох и уничтожили во время их ночной службы в праздник Богоявления. Захватив много добычи и пленных, они ушли из этого края, но когда переходили по льду реку Арадзани (Мурад-Чай) возле селения, носившего то же название, лед проломился под тяжестью их колонны, и турки утонули вместе со своими пленными и трофеями. Хонигман считает, что этот отряд входил в число войск того турецкого вождя, которого Скилица называет Самух (Самука) и которого султан Тогрул-бек после своего большого похода 1054 года оставил в Армении с 3000 воинами, чтобы он завершил грабеж армянских долин.

Все соседи-грабители, которые были у Армении, – турки, азербайджанцы и курды, – передавали один другому хорошую новость: эта богатая страна, лишенная своих защитников и брошенная своими хозяевами-византийцами, открыта для любого набега. «И летом, и зимой они непрерывно разоряли Армению, – пишет Аристакес, рассказывая о годах правления императрицы Феодоры (1054–1055). – Они посылали во все стороны лазутчиков, и в места, о которых узнавали, что там живут люди, внезапно приходили ночью, заставали жителей врасплох и большинство убивали. Им некого было бояться, и они оставались в каждом селении несколько дней, обшаривая дома и забирая все, что могли забрать. Потом разрушали селение до основания и возвращались в свою землю, везя добычу и ведя пленных».

Этот же автор описывает в качестве примера уничтожение Окоми в Басеане. «Город Окоми был маленьким, но его население было многочисленным и богатым. Неверные приготовились внезапно напасть на него в ночь Богоявления (январь 1055 г.). Но поскольку земля была покрыта толстым слоем льда, ладони и ступни этих зверей в человеческом облике были скованы холодом. При подходе к городу они нашли запасы корма, предназначенные для вьючных животных. Они подожгли этот корм, и пожар осветил всю равнину, как солнце в полдень. Неверные собрались возле огня и согрелись от него вместе со своими лошадьми. Потом, натянув луки и вынув клинки из ножен, бросились на город с саблями в руках так же яростно, как сделали бы это летом, и устроили страшную резню, в которой погибли около 30 000 человек. Из жителей уцелели только те, кто тогда был в отъезде. Неверные оставались в Окоми три дня. Они нагрузили своих быков, ослов и лошадей пшеницей, разными видами зерна и всевозможными богатствами и ушли к себе».