— Когда ты родилась и уравнение подсказало нам, что тебе суждено стать избранницей Демиурга, мы поручили Драгулеску, который отправлялся в Америку с великокняжеской свитой, доставить тебе отличительный знак, — сказала Лавиния Чиките. — Все сложилось наилучшим образом благодаря великому князю Алексею Романову.

Чиките уже порядком надоело слушать неправдоподобную, по ее мнению, историю секты, но, не желая обидеть Лавинию и Верховных мастеров, она умолчала об этом и только спросила:

— Тогда кто же пробрался в мою спальню в «Хоффман-хаусе» и похитил талисман? И, что важнее, имеете ли вы отношение к гибели книжника Розмберка и детективов?

— Нет! — с жаром воскликнула Лавиния. — Это сделали другие.

И призналась, что вот уже несколько лет орден Нижайших мастеров Новой Аркадии пребывает в глубоком кризисе.

Трудности начались с того, что некоторые лилипуты из разных ячеек во Франции, Италии и Соединенных Штатах потребовали, чтобы их рассматривали в качестве кандидатов в Верховные мастера. По их мнению, несправедливо было искать каких-то незнакомцев на эти должности, когда в самом ордене имелось множество заслуженных членов. Они также хотели, чтобы из общества исключили карликов и оставили только «чистых» лилипутов. Им претило находиться в подчинении у нелепо сложенных, несоразмерных людей или даже просто иметь с ними дело как с равными на собраниях.

Мятежники поставили условие: они будут вести переговоры только с самим Великим магистром. Лавинии пришлось встретиться с идеологом отколовшихся — Принцем Колибри, лилипутом из Финляндии, работавшим во многих европейских водевилях.

— Если обстоятельства вынуждают нас вступать в беседу с подмастерьем, мы надеваем маски, чтобы остаться неузнанными, — пояснила Лавиния. — Итак, я закрыла лицо и отправилась на встречу с Принцем Колибри. Меня подмывало сказать ему, что он со товарищи — шайка самовлюбленных разбойников, но я сдержалась и постаралась сгладить противоречия. Я объяснила, что, согласно «Книге откровений», Верховных мастеров дано назначать только Демиургу. И так же с Великим магистром — после его ухода только Демиург решает, кому из Верховных следует стать преемником.

Принц Колибри перебил ее и нагло заявил, что Демиург — всего лишь выдумка, предлог, которым пользуются «верхи», чтобы никого не допускать до власти. Лавиния поняла, что переговоры с бунтовщиками обещают стать тяжелыми, потому что цель этих, по ее выражению, «задавак» состоит не в обновлении братства, как они утверждали, а в его разрушении и создании собственного общества.