Из Монтеро и Мо Дофин мог блокировать весь поток продовольствия, поступавших в город из Шампани и Бургундии. Эти регионы до сих пор почти не были задеты войной: pays de paix et sans guerre (страна мира не видевшая войны), как выразился Этьен Марсель в письме с протестом, которое он направил Дофину. Хотя Джеймс Пайп и его банда номинально были союзниками короля Наварры, их действия прекрасно дополняли тактику Дофина, отрезая Париж от поставок продовольствия с юга и запада так же, как это делал Дофин с востока. Гарнизон Пайпа в Эперноне расширил зону своего влияния на восток до леса Фонтенбло, и почти до самого Монтеро. Более мелкие английские и наваррские банды последовали его примеру. 19 апреля 1358 года они разграбили обнесенный стеной город Шато-Ландо и переправились через реку Луэн, не дойдя несколько миль от Санса и собрав 50.000 мутондоров в качестве выкупа. Через несколько дней после нападения на Шато-Ландо был проведен еще один, еще более разрушительный рейд в Гатине. Город Немур был превращен в пепел. Дорога на Орлеан и Луару была перерезана в нескольких местах. Окрестности были разорены, хотя большая часть этих земель принадлежала Бланке Наваррской, а главными жертвами стали парижские союзники Карла Наваррского. К концу апреля 1358 года Париж был почти окружен. Единственным направлением, откуда еще свободно поступало продовольствие, был север. На какое-то время в долине Уазы и на великом северном пути во Фландрию воцарился мир. Но это был хрупкий мир. Во второй половине апреля Дофин проехал через Бовези и Пикардию, укрепляя свою поддержку среди знати этого региона. Владельцам всех обороноспособных замков было приказано оборудовать и оснастить их для войны. Их призывали остановить все поставки продовольствия в Париж[530].

В городе действия Дофина были расценены как объявление войны. Когда пришло известие о захвате Мо и Монтеро, Этьен Марсель немедленно занял Лувр, изгнав гарнизон Дофина и заменив его своими людьми. Артиллерийский парк Дофина, который грузили на баржи, направлявшиеся в Мо, был захвачен и перевезен на Гревскую площадь. Марсель сделал все возможное, чтобы успокоить Дофина, но этого было мало, и он направил письмо с протестом молодому принцу, защищая свои действия таким высокомерным и неумелым языком, что документ был отвергнут как неслыханная дерзость: "грубый, уродливый и нелюбезный"[531]. Марсель умолял короля Наваррского предстать перед Дофином и ходатайствовать за город. Карл Наваррский вряд ли был для Дофина приемлемым послом и не мог предложить никаких уступок. Но встреча все же состоялась в начале мая на открытой местности к югу от Клермон-ан-Бовези, где ни один из принцев не мог устроить засаду на другого. Дофин прибыл с большим количеством вооруженной свиты. Короля Наварры также сопровождала огромный отряд, в котором находились выдающиеся английские и наваррские капитаны. Должно быть, это была очень прохладная встреча и, конечно, совсем непродуктивная. Дофин заявил, что он не испытывает ничего, кроме любви к Парижу, и он прекрасно знает, что там есть много хороших людей. Но есть и такие, которые относились к нему с презрением, убили в его присутствии его офицеров и захватили его артиллерию. Он не собирался возвращаться в город, пока эти вопросы не будут улажены. Встреча принцев продолжалась второй день, но Дофин был непреклонен. 4 мая 1358 года Карл Наваррский вернулся в Париж, где его встретили как героя, но ему нечем было порадовать парижан[532].