Советники Дофина не могли поверить своим ушам. Они отправились на улицы Понтуаза, чтобы пригласить свидетелей. В конце дня горожане собрались в большом зале замка, чтобы услышать, как король Наварры повторил свое заявление перед всем миром. Карл Наваррский объявил, что прикажет своим гарнизонам покинуть замки, которые они занимали с начала гражданской войны и принял от Дофина символические дары мира в виде вина и пряностей. Естественно, возникло множество догадок о мотивах короля Наварры. Некоторые из присутствующих решили, что его коснулся Святой Дух. Некоторые приняли его заявление за чистую монету. Некоторые заподозрили подвох. В Авиньоне была выдвинута теория о том, что за всем этим стоит король Англии, полагая, что Карл нанесет больший ущерб правительству Франции изнутри. Истина, вероятно, была довольно проста. Как только король Наварры понял, что Дофин не отдаст ему четыре виконтства Нижней Нормандии, он предпочел отложить территориальное урегулирование до тех пор, пока не окажется в более выгодном положении, чтобы навязать противнику то, что будет выгодно. Как и почти все во Франции, Карл Наваррский считал, что силы Эдуарда III больше, чем они были на самом деле и ему ничего не стоит уничтожить династию Валуа. Итак, 1 сентября 1359 года Дофин и король Наварры бок о бок проехав по улицам Парижа, вместе пировали в Лувре[692].

* * *

Капитуляция короля Наварры в Понтуазе никак не повлияла на действия компаний рутьеров и была проигнорирована многими из его собственных сторонников. В Нижней Нормандии англичане были временно лишены возможности пользоваться Шербуром, который находился под твердым контролем Карла. Но они не теряя времени заняли альтернативные порты, чтобы обезопасить свои морские коммуникации с Англией. Сэр Томас Холланд, капитан Эдуарда III в Сен-Совер-ле-Виконт, занял прекрасную гавань в Барфлере на северо-востоке полуострова Котантен, превратив приходскую церковь в крепость. Другие офицеры английского короля взяли под контроль порт Онфлёр сменив международную банду, которая занимала его от имени короля с 1357 года. Но эти меры предосторожности оказались в значительной степени излишними. Даже в самом сердце владений Карла в Котантене его наваррские солдаты сохраняли тактический союз с англичанами и служили своим собственным интересам, как они это делали всегда. Брат Карла, Филипп, который был их прирожденным командиром, отказался признать мир с Дофином и остался на службе у короля Англии[693].

В Пикардии, Па-де-Ко и в Иль-де-Франс Карл приказал всем гарнизонам, владеющим городами и замками от его имени, сдать их Дофину. Некоторые из них подчинились. Как правило, это были небольшие и более изолированные гарнизоны. Один или два не подчинившихся были взяты силой. Пуа в Пикардии, который уже находился в осаде, был выкуплен. Гарнизон Джеймса Пайпа в Эперноне был захвачен врасплох в конце года. Его дозорные обленились от мирной жизни. И враг проник в замок по приставной лестнице через окно и схватил знаменитого капитана в его постели. Но эти места были исключением, а все крупные гарнизоны проигнорировали приказ короля Наваррского и упорно держались за свои крепости. Те, в которых были большие английские контингенты, просто объявили, что держат их для короля Англии, поскольку срок его перемирия с Францией истек. К ним относились Ферте-су-Жуарр на Марне и крепость Ла-Эрель, последний из гарнизонов Жана де Пикиньи в Пикардии. Карл Наваррский не смог даже добиться сдачи Мелёна. Его капитан, Мартин Энрикес, прямо в лицо отказался выполнять приказы Карла. В итоге был достигнут компромисс, согласно которому гарнизону разрешили остаться в цитадели и взимать пошлины за проезд по Сене на срок, достаточный для погашения задолженности по жалованию. В итоге наваррцы оставались там более года[694].