— Попробуй креветку, — увещевала мама.

— Да я их не люблю.

— В прошлое Рождество попалась горькая, — жаловалась бабушка.

— В прошлое Рождество, да! — завывал Навозник. — В прошлое Рождество. Это я помню. Слушайте! Слу-шай-те! Я вспомнил! Мне подарили коробку сигар. Раймо подарил! А теперь выпьем в честь Рождества. И чтобы проклятая зима скорее закончилась и никто бы не получил сосулькой по голове. Ура!

Все чокнулись и выпили. Рюмки запотели, потому что бутылку достали из морозилки. Вкус был отвратный, от спирта в животе образовался горячий шар.

— Слушай, Рольф, а что ты вообще помнишь? — спросил я.

— Прошлое Рождество, позапрошлое Рождество, я все эти чертовы Рождества помню. За тебя, крошка моя Лена, не сиди надутая. Рождество бывает только раз в году. Ну, за вас за всех. А теперь споем!

Когда мы перешли к подаркам, Раймо уже снял галстук и успел спеть «Вечер на Мьёрне» и «Наша страна»[36]. Навозник показывал фокусы — вытаскивал носовые платки у Лены из уха. Лена пыталась отстраниться, но Навозник все время оказывался рядом с ней. Когда мама ушла на кухню, Навозник и вовсе к Лене подсел. Бабушка захотела посмотреть телевизор. Сам я захмелел после двух рюмок водки и стакана крепкого пива; я хотел вызнать, много ли известно Навознику. Раймо же тогда несколько дней шушукался о чем-то с Навозником; что он ему говорил?

— А теперь — подарки, — объявил Навозник. — Кто будет помощником Санты?

Из кухни пришла мама; Навозник пытался сподвигнуть Лену побыть помощником Санты, но она не хотела.

— Тебя станут целовать, — соблазнял ее Навозник, — гномика с подарками всегда целуют. Раймо, как там песенка — «Я видел, мама целовала гнома…» Э-э… знаешь ее?

— Не знаю, — огрызнулся Раймо. — Я буду гном-помощник. Где подарки?

Я подобрался поближе к Раймо, который нагнулся, чтобы достать подарки из-под елки.

— Что ты ему сказал? — прошептал я.

— О чем вы там шепчетесь? — поинтересовалась бабушка.

— На подарках стихи, — объяснил я.

— О, стихи! Чудесно, — пробормотала она. Я снова пристал к Раймо:

— Что ты ему тогда говорил?

Раймо обернулся ко мне.

— Ты не волнуйся. Твое дело — ходить в школу, быть хорошим мальчиком и вырасти в правильного мужика. Понял?