По правде говоря, мисс Айкон, если мой сын скажет мне, что вороны падают с неба, как бы мне ни хотелось ему верить, в глубине души я невольно буду задаваться вопросом, не лжет ли он и не страдает ли галлюцинациями. Но в то утро я своими глазами видела тех двух мертвых ворон, так что я ему поверила. В ситуации, подобной моей, учишься ценить каждую малость. Но мы до сих пор не знаем, что происходит с воронами.

67

Первых трех ворон они похоронили на заднем дворе, выкопав яму в земле отверткой и большой суповой ложкой. Копать было тяжело, и Аннабель беспокоилась, что если яма окажется недостаточно глубокой, ворон могут найти и съесть крысы. Бенни ничего на это не сказал, но после того, как они покопали еще немного, спросил:

– Почему мы это делаем?

Аннабель испуганно посмотрела на него. Это же очевидно, почему он спрашивает?

– Вороны мертвы, дорогой. Мы должны вырыть могилу, чтобы похоронить их,

– Это я знаю, – вздохнул он. – Я спросил почему.

– Потому что так делают, когда кто-то умирает.

– Ты не хоронила папу. Ты его сожгла.

– Мы кремировали его, Бенни. Про людей говорят «кремировали». И мы решили так сделать, потому что так делают в Японии.

– Я ничего не решал.

– Да, верно. Но ты тогда был младше…

Бенни вытер нос рукавом и посмотрел на мертвых ворон.

– Значит, про птиц говорят «барбекю»?

– Это что, шутка?

– Нет.

Потом он замолчал и продолжал рыть, взламывая отверткой твердую землю, а Аннабель вычерпывала ее ложкой. Когда яма стала достаточно глубокой, они положили в нее трех ворон. Их тела, которые она никогда не держала в руках, пока они были живы, оказались легкими, они почти ничего не весили. Тут Аннабель в голову пришла идея, она похромала домой и вернулась с пригоршней безделушек: засовом, крышечкой от бутылки, блестящим камешком. Она наклонилась и положила безделушки поверх птичьих тел.

– Держи, Мистер. Чтобы было с чем поиграть. До свидания. Я буду скучать по тебе. Ты был таким забавным… – сказала она, печально глядя в яму, затем повернулась к Бенни. – Хочешь что-нибудь сказать?

– Им?