Она отстаивает свои убеждения с фанатичной яростью. Мне остается только гадать, каково это – оказаться получателем столь безусловной любви.

– Ты же разговаривала с папиными врачами, не так ли? – спрашиваю я.

Кара пожимает плечами:

– Они не все знают.

– Но они хорошо разбираются в медицине. И у них большой опыт работы с людьми с черепно-мозговыми травмами, как у твоего отца.

Кара долго смотрит на меня, потом встает с кровати и подходит ближе. На какое-то неловкое мгновение мне кажется, что она собирается меня обнять, но девушка протягивает руку над моим плечом и нажимает кнопку на своем ноутбуке.

– Вы когда-нибудь слышали о человеке по имени Зак Данлэп? – спрашивает она.

– Нет.

Я поворачиваю стул к монитору. Там проигрывается клип из передачи «Сегодня» о молодом человеке в ковбойской шляпе.

– В две тысячи седьмом году он попал в аварию на квадроцикле, – объясняет Кара. – Врачи диагностировали смерть мозга. Его родители хотели пожертвовать органы, потому что желание было указано в водительском удостоверении. Но когда семья собралась для отключения аппаратов жизнеобеспечения, одной кузине – она работала медсестрой – интуиция подсказала провести лезвием перочинного ножа по ноге Зака. Нога дернулась в ответ. И несмотря на то что другая медсестра твердила, что это просто рефлекс, кузен нажал ногтем под ноготь Зака, и Зак отмахнулся от его руки. Через пять дней он открыл глаза, а через четыре месяца после аварии его выписали из реабилитационного центра.