– Прошу прощения, нельзя ли пригласить Елену? Можно было назвать и Леной, и Леночкой, но он выбирает имя поофициальнее.

– А кто ее спрашивает?

– Орехов.

Лена подходит очень быстро – наверно, тоже шла на звонок.

– Борис, это вы?

– Да, как догуляли свадьбу?

– Плохо, скучно было, потом молодые ссориться начали, и я ушла в кино.

– А со мной в кино ты не хочешь сходить?

– Смотря какое.

– Хорошее, разумеется.

– Если хорошее, то почему бы и не сходить. Борис, вы извините, но мои укладываются спать, позвоните завтра.

Но трубку она не кладет, и это несколько утешает Орехова, скрашивает прохладный тон.

– Спокойной ночи, извини, что поздно позвонил.

Спросить, где она была утром, он не успевает, и остается только гадать… Не самое приятное занятие перед сном.

10

10

Взятое из жаргона картежников – не профессионалов, а просто людей, играющих на досуге в карты – слово «пруха» только вначале кажется очень грубым, а когда к нему привыкают, оно звучит почти нежно, согревающе звучит.

Пруха – это когда везет, прет валом, как рыба на нерест, когда только и остается, что подставлять сачок и вываливать улов на берег, грести не отвлекаясь, а потом уже сортировать и отделять нужное от лишнего, потом, когда рыба пройдет, времени будет предостаточно, а пока – постараться удачнее выбрать место и не прозевать момент.

Правда, все реже и реже встречаются рыбные реки. Но Орехов уверен, что в пределах дозволенного стихию можно всегда подправить, подрегулировать. Больше активности – и тогда: если не найдешь сам – найдут тебя.

Утром возле управления к нему подходит Тарасов. Видно, что он дожидался специально. Орехов не успевает выбраться из машины, а он уже рядом. Сидит как в собственной.