Судебные полномочия государства расширялись за счет православной церкви, права которой при Петре I были ограничены (1692 – урезание судебной автономии патриарших владений, 1701 – создание Монастырского приказа с юрисдикцией в отношении светских и духовных лиц, проживавших на церковных землях всех видов – патриарших, епископских, приходских и монастырских). В 1721 году был создан Святейший Синод и принят Духовный Регламент, подтвердившие судебные полномочия церкви в отношении религиозных преступлений – богохульства, ереси, колдовства, – а также браков и разводов. Однако прочие дела передавались в светские суды, например, преступления сексуального характера (изнасилование, блуд, кровосмешение), дела о незаконнорожденных детях и отчасти о незаконных браках. Тяжбы о наследовании рассматривали совместные церковные и светские суды. Что касается лиц других вероисповеданий (католиков, лютеран, мусульман, буддистов), то религиозные дела с их участием рассматривались в соответствии с конфессиональными обычаями.

В действительности же в сфере уголовного права сохранялись процедуры и наказания, характерные для XVII века. Юридическая практика развивалась по двум направлениям. Для самых тяжких государственных преступлений вводились новые виды смертной казни – прежде всего при Петре I, который усердно преследовал взяточников и изменников. Как отмечалось в главе 7, в Московском государстве казни, как правило, были несложными (отсечение головы, повешение), совершались безотлагательно, а обряд был чрезвычайно простым. Все это оставалось в силе при приведении в исполнение обычных приговоров, но для особо тяжких преступлений, когда требовалось демонстративно покарать взяточника или предателя, Петр I ввел «казни-спектакли», наподобие той, которую он наблюдал в Амстердаме в 1697 году. Бой барабанов собирал толпы людей со всего города, высокопоставленные лица и чиновники прибывали в обязательном порядке, сооружались эшафоты и смотровые площадки, издавались листовки, клеймившие деяния казнимых, а тела и их части становились предметом всеобщего обозрения на долгие годы.

Такая жестокость, однако, редко наблюдались в XVIII веке благодаря противоположной тенденции. При Петре I применение смертной казни стало ограничиваться: все предусматривавшие ее преступления должны были разбираться и утверждаться высшими судами, а для рецидивистов количество преступлений, при котором допускался смертный приговор, было увеличено. Пожизненная ссылка стала использоваться чаще, приговоренные к ней отправлялись на поселение в новоприсоединенные земли (прежде всего в Сибирь) и на каторжные работы: женщины часто работали на производстве тканей, мужчины выполняли строительные работы. В этом столетии Россия не смогла создать тюремную систему европейского образца: тюрьмы использовались для краткосрочного содержания под стражей и в редких случаях – для пожизненного заключения религиозных преступников, которых бросали в монастырские застенки, часто подземные.