– Вряд ли кто-то из вдов согласился бы добровольно пойти к мистеру Мукри, – содрогнувшись, заметила Первин. И тут же представила, что любая из женщин могла воспользоваться проходом для другого – для совершения убийства.
30. Вторая попытка
30. Вторая попытка
На следующее утро Первин проснулась в половине седьмого и от возбуждения не могла заснуть снова.
Выбираясь из кровати, она почувствовала, что бедро слегка побаливает; открыла дверь на балкон. Черная вуаль медленно опадала, открывая небо. В воздухе появилось что-то новое: он был едва ли не наэлектризованным.
Первин посмотрела на изменившееся небо и попыталась вспомнить все мельчайшие обрывки сведений, которые слышала или читала. Разгадка смерти Мукри лежала в одном-двух фрагментах этой мозаики – и, возможно, там же таилась разгадка исчезновения Амины.
Но хотя они с Элис два с лишним часа просидели над чертежами, ничего нового узнать не удалось – для этого нужно было попасть в бунгало. А это представлялось невозможным, потому что мать Элис ждала ее на карточную партию, а Первин дала отцу слово не выходить из дома.
Лилиан попискивала в клетке, явно чувствуя, что Первин рядом.
– Ступай полетай в саду. Там полно еды – смотри, все остальные птицы заняты делом, – укорила ее Первин.
Но Лилиан никуда не полетела: она хлопала крыльями, приподнималась над жердочкой, опускалась обратно. Повторяла это раз за разом, будто дразнила Первин.
Попугаиха хотела, чтобы завтрак ей принесли на блюдечке, потому что так и не научилась ловить жуков и отыскивать фрукты.
Первин раньше считала, что вдовы Фарида столь же беспомощны, но теперь она в этом сомневалась. Их наверняка возмутило появление управляющего в их мире. Самый серьезный повод его ненавидеть был у Разии: он грозился выдать замуж ее дочь. А Сакина могла ополчиться на Мукри, потому что ей не нравилось, как он угрожает Разие, да и за будущее благополучие своих дочерей она тоже опасалась. Мумтаз же нужно было от него избавиться, чтобы он ни в коем случае не объявил, что это он отец ее ребенка.
При этом Первин напрочь не понимала, как женщины могли быть причастны к похищению Амины. Они прекрасно знали устройство своего дома и всех его потайных ходов, но совсем не ориентировались в огромном Бомбее.
Она долго ломала голову, а потом ей очень захотелось поговорить с отцом – вечером она уснула еще до того, как он вернулся домой. Раз уж она разбудила Лилиан, можно разбудить и отца.
Накинув шаль поверх ночной сорочки, Первин дошла по коридору до спальни родителей. Дверь была приоткрыта, она увидела, что отец уже оделся и стоит перед альмирой с зеркалом, завязывая галстук.