— И каков вывод?

— Танки у него есть, но он не может доставить их куда надо — под Щедрино. Вот в чем проблема.

Тухачевский задумался. Неприятная новость. Последние две недели казалось, что советский генерал, посланник из параллельных миров, прочно оседлал военную удачу, а теперь просит о помощи… Нет ли здесь тайного замысла, не стоит ли за этим тень Сталина?

— Иероним, откуда у тебя эти сведения? — резко спросил Тухачевский. — Что за источник?

Уборевич хмыкнул.

— Разведка партизан. У нас есть там свои люди. Они присматривают не только за немцами, но и за своими. Доверяй, но проверяй.

— Почему я об этом не знал?

Уборевич пожал плечами.

— Вы не спрашивали.

Скользкий, как уж, мелькнула мысль у маршала, скользкий, но полезный.

— Хорошо, — решил Тухачевский, — будем считать, что Говоров говорит правду, и у него действительно тяжелая ситуация.

Маршал закурил. Уборевич молчал — он знал, когда можно и нужно высказаться, а когда стоит придержать мысли при себе.

— Ему нужен полный батальон «Львов», не меньше, — размышлял вслух Тухачевский, — это обеспечит Говорову мобильный резерв для ликвидации возможных прорывов. Кто у нас ближе всего к Костроме?

— Полковник Ковалев, — ответил Уборевич, обладавший прекрасной памятью, — три дня назад он на двух «Львах» уничтожил девять Т-4.

— Да, было такое. Значит — боевой офицер с опытом. «Тигры» — это, конечно, не Т-4…

— Никого ближе у нас там все равно нет, — вставил Уборевич.

— Где сейчас его батальон?

— Рассредоточен от Шарьи до Судиславля. Выполняли разные задачи.

— От Шарьи до Судиславля, — повторил Тухачевский, — это под триста километров! А потом еще в Костроме перебраться через железнодорожный мост, и еще восемьдесят километров… Вот что, Иероним. Свяжись с Ковалевым немедленно, пусть гонит все машины к Судиславлю. Подготовь приказ для службы тыла — предпринять все необходимые меры для обеспечения горючим подразделений Ковалева.

— Есть, товарищ маршал. Единственное, как отнесется к этому товарищ Троцкий? Думаю, ему надо сообщить.