Дети сильно реагируют на наши ожидания. Если мы убеждены, что они стойко перенесут страдания, то более чем вероятно, что так и будет. Всякий раз при встрече кто-то из родителей говорит мне: «Я не осмеливаюсь сказать дочке, что мы не можем поехать на пляж. Она будет рыдать целый день!» И такое пророчество непременно сбудется. Когда мы предполагаем, что ребенок сильный и разумный, он испытывает гордость, что его видят таким: «Если они думают, что я действительно сильный, может быть, так оно и есть!»

Но и в таком подходе есть своя ловушка. Быть уверенным в том, что ребенок пройдет испытание реальным страданием, отличается от того, чтобы приказывать ему так себя вести. И когда взрослый говорит ребенку: «Ты слишком большой, чтобы вести себя как маленький», я знаю, что в результате произойдет значительный регресс в поведении. Это рождает ощущение неуверенности в себе, поскольку на самом деле мы никогда не преодолеем потребность хоть иногда вести себя как маленькие. Смысл будет совершенно другим, если мы скажем: «Мучительно в твоем возрасте пережить такое разочарование. Но я знаю, что ты довольно сильный человек и преодолеешь его».

Реакция детей на разочарование в ком-то или в чем-то зависит от того, что в нем скрыто. Одна девочка в течение многих недель предвкушала, как она будет нести цветы на свадьбе. Когда свадьбу отменили, нам всем было интересно, как она переживет это сообщение. Шестилетняя девочка отреагировала на него весьма философски. «Мне кажется, им не стоит жениться, – сказала она, – если они не хотят». Переживания было намного меньше, чем ожидали взрослые, частично и оттого, что она знала, что летом поедет отдыхать с родителями.

Мы должны подготовить ребенка к разочарованиям, помочь ему понять, что это норма жизни. Если бейсбольная команда проигрывает три раза подряд, Марти относится к этому спокойно. Он может пару раз ударить ногой об стену, может ругаться, может страдать вместе с товарищами по команде, но эта серия событий не нанесет ему особого ущерба. Джули, напротив, выходит из раздевалки после первенства по гимнастике полностью опустошенная. Ее отец придавал такое значение ее победе, что она больше не получает удовольствия от самой гимнастики, уверенная в том, что победа – это все. Страдания наших детей приобретут немыслимый масштаб, если они убедятся в том, что мы болезненно относимся к их удачам и неудачам: будь это школьные отметки или спортивные соревнования. Когда мы подчеркиваем, что единственное истинное и имеющее смысл состязание – это состязание с самим собой (сделали ли мы все как можно лучше?), неизбежные поражения не превратятся в катастрофу.