Выход к Бабайкам назначил на утро, слишком много предстояло сделать до конца дня. После совещания все закрутилось без моего активного участия. Погрузка, отбор людей и товаров, подготовка вооружения. Озадачил и Агро, повесив на него приготовление к маршу наших доспехов, оружия, боевых и ездовых лошадей.

Сам старался не мешать, присматривая за всем исподволь. Имеется большой земной опыт того, насколько мешает нормальной работе присутствие проверяющего или большого начальника. Вот и не буду без необходимости людей отвлекать.

Засел в кабинете, сначала продумывая предложения, которые буду озвучивать Омрыну. Потом, когда определился с ними, стал ломать голову над правильным развитием своих военных сил.

Вот во время этого размышления в очередной раз пришло осознание того, что меня в любой момент могут убить. Убить, даже учитывая у меня наличие «мегарояля» в виде биофагов.

Из-за этих размышлений очень к месту оказался вчерашний разговор с Ивой. Я позвал ее и еще раз вернулся в разговоре ко вчерашней теме. Совместно решили, что с этого дня Ива перестанет пить противозачаточную настойку Алмы.

Ради чего жить, как не ради детей? А учитывая то, что человек смертен, тем более смертен внезапно, какой смысл откладывать их рождение? Официальные — неофициальные дети, признанные — непризнанные, это все нюансы. Главное, чтобы они были.

Вот и не стал больше откладывать этот вопрос на потом. Всех сборами и подготовкой озадачил, а сам поймал Иву, пробегающую куда-то по коридору, закинул пискнувшую в испуге девушку на плечо и, под незаметные ухмылки слуг и охраны, утащил в спальню.

*****

Общий подъем осуществили, как я и приказывал, еще затемно. Короткие сборы и быстрый марш к Бабайкам. Сколько там до них? Километров 25? Полупереход для кавалерии, далеко не предельная дистанция дневного перехода для гружёного обоза по нормальной дороге.

Дорога, слава Предкам, была нормальная и мы прибыли в Бабайки уже к обеду. Оставив обоз под охраной местного отряда, «рванул» со всеми своими бойцами на побережье.

Пройдя по проходу между скал к бухте, в которой я собираюсь построить защищенный порт своего манора, я замер, глядя с крутого склона на открывшуюся картину. Да!!! Это борейский когг!

В уютной бухте, метрах в тридцати от берега, стоял трехмачтовый корабль. Настоящий, япона-мать, морской корабль! Да, это не фрегат и не клипер. Наверное, он не такой красивый и его тактико-технические и маневренные элементы хуже, чем у них.

Но здесь и сейчас, это — вершина кораблестроения. По сравнению со всеми здешними стругами, лодьями, кочами и, тем более, байдарами, которые сейчас стаей гиен окружали этот великолепный корабль, это… это… даже сравнения не подберу.