– Точно по твоему росту, – поднимаясь на цыпочки, сказал Алехин. – Как видишь капитана?

– Н-нормально... От г-головы до б-бедер.

– Ноги держи на ширине плеч. И главное – не напрягайся.

Затем они с помощником коменданта вернулись к краю поляны, и Алехин, свернув в орешник, провел их на небольшую лужайку, отделенную от поляны кустарниковой порослью.

На разостланной под березками плащ-палатке, похрапывая, мертвым сном спал Таманцев. В стороне на широком пне стояла радиостанция (Андрей уже немного разбирался в рациях и определил – «Север»); возле нее сидел старшина с пышной кудрявой шевелюрой. Там же на плащ-палатке лежали туго набитый вещмешок, несколько фляжек и старая фуражка: судя по цвету околыша, старшина был пограничник – из частей по охране тыла фронта.

– Это наша персональная радиосвязь, – шутливо пояснил Алехин капитану.

При виде парадно одетого, представительного помощника коменданта старшина-радист поднялся и, не снимая наушников, вытянулся перед ним.

– Садись... – махнув рукой, сказал Алехин и, поворачиваясь к капитану, предложил: – Давайте перекусим. Сейчас самое время подкрепиться.

– Благодарю вас. Не хочу, – отказался капитан, хотя, легко позавтракав утром, больше ничего не ел; он не любил, а в данном случае особенно не желал одалживаться.

– Отчего же не хотите?.. Ведь вы не обедали... – развязывая вещмешок, говорил Алехин. – Продуктов вполне достаточно. Кстати, здесь паек на пять человек, то есть в том числе и на вас!

– Вы уже взяли меня к себе на довольствие?.. – усмехнулся помощник коменданта. – Потеха! Может, и в штаты свои уже зачислили? Спасибо, не хочу!

То, что на него был получен какой-то паек, естественно, меняло дело, однако, сказав «нет», он в силу своего характера уже не мог принять предложение Алехина.

Алехин выложил из вещмешка на плащ-палатку две буханки белого хлеба, несколько банок различных мясных консервов, кульки с печеньем и сахаром. Спустя минуту он и старшина с аппетитом ели. Андрей взял только печенье и опять с огорчением вспомнил о «какаве», попить которое ему не удалось.

Помощник коменданта, отойдя в сторону и заложив руки за спину – это была его излюбленная поза, – расхаживал в тени берез, вдоль края лужайки.

– Товарищ капитан, – сказал ему Алехин, – неловко все-таки... неудобно получается. Не по-русски! Одни едят, а другие глядят.

– Почему же неудобно?.. Ведь вы мне предложили... А если я, извините, не желаю!..

– Может, хотите пить? – Алехин поднял одну из фляжек. – Родниковая! Холодная и вкуса необыкновенного! Такой в городе не отведаете.