Кто бы мог подумать, что афера с фальшивыми печатями окажется удачной и повторится не один раз. Так, тем летом часть моих друзей отправились компанией в Гуанчжоу, другая часть — в Пекин; те, кому повезло меньше, поехали прогуляться по Юэяну или Хэнъяну; в конце концов в кампусе воцарилось непривычное спокойствие, которое нарушал лишь треск не знающих устали цикад. В местах, куда отправились мои друзья, я уже был, поэтому решил остаться при школе, проводя всё время в своей комнате.

По соседству располагались седьмая средняя школа города Чанши и мемориальный парк героям революции, в северной части кампуса за горным склоном протекала река Люян. Пока однокашники не разъехались, мы часто ходили на реку досаждать лодочникам. Нашей целью были лодки, доверху наполненные арбузами или дынями. Если выпросить не удавалось, то крали, если украсть не получалось, отнимали силой — просто ради забавы. Затем мы придумали ещё одно развлечение: хором кричали владельцам лодок «хозяин Чэнь» или «хозяин Фань». Дело в том, что фамилия Чэнь созвучна с китайским глаголом «чэнь» («тонуть»), а Фань — со словом «фань» («переворачиваться»), и это были самые жуткие и ненавистные проклятия, которые можно было услышать на прекрасной реке. Некоторые рыбаки были до ужаса суеверными, так что, заслышав наши вопли, начинали громко причитать, от досады топали ногами, не выдерживали и выбрасывали за борт несколько плодов, чтобы заткнуть рты маленьким поганцам.

С грустью я осознавал, что в одиночку мне не добиться такого же эффекта, леденящие душу проклятия «лодка потонет» или «лодка перевернётся» теряли всякую устрашающую силу, поэтому, недовольный и с плавками под мышкой, я отправился восвояси.

Так всё и шло. В тот день 1967 года, возвращаясь домой, я чувствовал себя совсем подавленным, тоска и уныние охватили меня и сделали безучастным ко всему. Я стремительно прошёл мимо спортзала, мимо покачивающихся вывесок остановки общественного транспорта и лапшичной; вот-вот должна была показаться дугообразная проволочная дверь жестяной мастерской, когда позади неожиданно раздался резкий звук.

Постепенно я осознал: это был звук выстрела.

В тот же миг на улице образовалась невероятная сумятица, люди суетились, словно безголовые мухи, отчаянно ищущие выход и бросающиеся то туда, то сюда, пытаясь спастись. Я тут же похлопал себя по голове проверить, на месте ли она, для большей уверенности сильно ущипнул себя за ухо. Помню, что какая-то бабка поскользнулась и упала, а какой-то мужчина, побледнев, глазами, полными смертельного ужаса, в упор смотрел на мою ногу — только тогда я заметил на своей голой ноге раневое отверстие размером с пуговицу, из которого сочилась кровь. Что случилось? Эта алая жидкость и есть кровь? Господи, раздавшийся выстрел поразил именно меня? На свете столько людей, кому же я так насолил, чей гнев я навлёк на себя, что мне так не повезло, что я проходил тут именно в этот момент, ни раньше, ни позже? Тысячи невзгод и лишений подвели меня под чёрное дуло пистолета.