Парфюмерная фабрика, где разрабатывают и производят такой парфюм, принадлежит оборотням одного из Северо-Западных кланов. Она полгода назад заказала духи, и так удачно сложилось, что пришли они аккурат к приёму Верховного!

Тонкий, непередаваемо чувственный и притягательный аромат — только для Бориса. Остальные сородичи почувствуют лишь запах спелой смородины.

Изогнувшись, Стефания затянула шнуровку на спине, затем нанесла на лицо лёгкий макияж — тушь, тени, блеск — всё производства той же фабрики.

Всунула ноги в туфли и замерла перед зеркалом, придирчиво себя рассматривая.

Годится!

Главное, чтобы Бориса кондратий не посетил…

— Передай альфе, что я готова, — они договорились, что как только соберётся, Стеша сообщит мужу через специально оставленного у дверей её номера волка.

Нет, он порывался присутствовать, но жена мягко его отшила. Мол, ни к чему тебе наблюдать за процессом, лучше увидеть готовый результат.

— Понимаешь, я шесть лет сиднем просидела в посёлке, не выезжала дальше Уфы и Челябинска. А тут Москва и приём у Верховного! Ты должен понять — я волнуюсь. Дай мне возможность наедине поистерить — «Всё пропало, мне нечего надеть!», и — «Я страшная!».

— Ты не страшная! — горячо возразил волк. — Что до нарядов — деньги не проблема. Купим, что пожелаешь, мы в столице, здесь можно достать любой наряд!

— Я уже всё купила! И хочу показать законченный образ, как ты не понимаешь?

— Понял, — вскинул руки Ардарский. — Тогда я буду в соседнем номере. Как соберёшься, отправь за мной волка, я оставлю в коридоре Илью, хорошо? Начало в семь вечера, но если поймёшь, что не успеваешь, не волнуйся! Спокойно собирайся, приедем позже, ничего страшного. Верховный это переживёт.

Стеша улыбнулась, вспомнив это предложение супруга. Приятно, когда о тебе так заботятся! Но испытывать меру лояльности Верховного она не будет.

Так, пока Борис не пришёл, надо накинуть удлинённый приталенный жакет. Не стоит шокировать супруга раньше времени!

Альфа влетел в номер и остолбенел.

Смотрел и не мог глаз отвести. Перед ним Стефания — и не она.

Мать-Волчица, какая же она невероятная!!!

Платье обрисовывало каждый изгиб её фигуры, подчёркивая красоту женщины, как удачно подобранная рама подчёркивает волшебство шедевра. Рама, которая не затмевает картину, не отвлекает на себя внимание, а дополняет и оттеняет холст.

Волк сглотнул и сделал шаг вперёд.

— Может, ну его, этот приём? — хрипло, словно поймал ларингит. — Останемся в номере?