В античные времена варварским называлось все то, что не принадлежало к двум лучше одаренным нациям. Теперь уже нет такой противоположности и нельзя вновь создать никакого подобного национализма, даже только чего-либо, аналогичного ему. Но зато существует варварство в другом смысле, а именно в смысле отсутствия тех качеств, которые способны вступиться за подлинное, всюду достаточное право. На первом плане заботятся ведь вовсе не о формах политического и социального строя, но под этими только названиями – о продолжении и усилении форм варварства. Все, что ищет защиты для себя и для человечества от этих форм варварства и во имя упомянутой двойственной силы разума и права, все, что восстает против таких уродливых состояний, – все это будет принадлежать к кругу избранных, тогда как все, противодействующее ему, должно третироваться как варварская обструкция лучшему режиму.