В борьбе с дезертирством некоторые меры принимались вынужденно или вовсе не принимались за невозможностью их практического применения. Так, ввиду нехватки помещений для содержания арестованных «злостных» дезертиров и использования их в составе штрафных команд и штрафных рот арест мог быть заменен конфискацией имущества. 27 сентября 1920 г. председатель Пермской губкомдезертир обратился к пермскому губвоенкому: «Осталась всего лишь одна штрафная рота для содержания злостных дезертиров и одна штрафкоманда, которая в настоящее время переполнена и принимать вновь поступающих дезертиров, принадлежащих к категории злостных, не в силах. Исправдомы, концентрационный лагерь также сообщили нам, что они переполнены и впредь принимать дезертиров не будут. При таком положении наложение каких-либо наказаний на злостных дезертиров (кроме имущественного) не представляется возможным, что идет вразрез распоряжениям Центра и Округа, а потому прошу Вашего ходатайства перед Округом о разрешении сформировать в Перми еще 2 штрафроты и 2 штрафкоманды»143.
На 14 октября дезертиров в одной штрафной роте было 459, а в штрафкоманде – 57. Председатель губкомдезертир отмечал: «Ежедневно из уездов прибывает свыше 50 человек и ввиду неимения мест и перегруженности штрафчастей губкомдезертир вынуждена была большинство из них направлять в запчасть без наказания»144.
В соответствии с приказом Приуральской окркомдезертир от 3 ноября 1920 г., войсковым частям и учреждениям осинского уездного военкомата следовало «в каждом случае полученного извещения о дезертире немедленно, не дожидаясь поимки, конфисковать полностью или частично движимое и недвижимое имущество дезертира и членов семьи, имеющих общие с ними хозяйства… всем дезертирам воинских частей и учреждений… не явившимся по мобилизации… и давшим о себе неверное сведение с целью уклонения…»145.
В качестве метода борьбы с дезертирством, как и ранее, применялась разведка, но она требовала хорошей организации и четкой координации действий с губЧК. С этой целью приказом Центркомдезертир от 11 ноября 1920 г. работникам комиссий предлагалось войти в связь с органами ЧК и комячейками. Под видом дезертиров разведчики должны были выявить местонахождение дезертиров. Затем производились облавы с наложением имущественного взыскания на укрывателей146.
В сводках Пермской губЧК о политическом состоянии Пермской губернии за вторую половину сентября 1920 г. отмечалось: в Кунгурском уезде зарегистрировано 114 дезертиров, задержано – 57, добровольно явилось – 55, из них злостных – 49, незлостных – 65147.