3. Силли мог спланировать (и, вероятно, спланировал) инсценировку несчастного случая, в котором все мы – отец, Киллиан и я – погибнем. Оставалось только устроить взрыв. Мама и Эшлинг унаследуют большинство акций, но ни за что не станут управлять компанией.

Таким образом, должность окажется в умелых руках Силли.

Твою ж мать. Он хотел убить нас. И я только что здорово спутал ему планы. Теперь вопрос заключался в следующем: станет ли он доводить дело до конца в любом случае или отложит эту затею, раз я не полетел в Мэн?

Сейлор, будто прочтя мои мысли, сунула мне в руку телефон.

– Ты должен им позвонить.

Я звонил Киллиану пять раз. Еще три раза пытался дозвониться до отца. Отправил им кучу текстовых сообщений. Либо они были в самолете, либо там, где не ловила связь. Я вспомнил, как Киллиан жаловался, что в той части Мэна не ловила сеть. Я был уверен, что Силли учел этот момент, когда планировал все это.

– Что мне теперь делать? – Я встал и принялся мерить комнату шагами. – Как мне спасти свою отбитую семейку?

– Теперь, – просто заключила Сейлор, – ты сделаешь то, что Фитцпатрики умеют лучше всего: начнешь войну и одержишь победу.

Двадцать четвертая

Двадцать четвертая

Хантер

Я позаимствовал машину Сейлор, отвез ее обратно в дом родителей (я не стал рисковать на случай, если Силли нанял какого-нибудь бугая, чтобы тот приехал ко мне и прикончил меня), а потом поехал прямиком к нему домой в надежде, что он все еще там. Я был признателен за разыскные навыки Нокса. Он был в курсе, где Силли жил, где работал, где срал, как знал и всех его любимых девочек по вызову.

Всю дорогу я пытался дозвониться до отца и Киллиана. В конце концов позвонил маме и попросил, чтобы она постаралась связаться с ними и не прекращала попытки, пока не найдет их и не велит им не ехать на завод.

– Но почему?

– Потому что, черт подери, хватит задавать вопросы, мам! Просто сделай это!

Я остановил машину перед домом Силли в Чарлстауне: особняком в якобинском стиле с десятью спальнями, белоснежными стенами на фоне черных окон и пышной лужайкой, которую мне сейчас очень хотелось поджечь. Захлопнул водительскую дверь, громко протопал к входу и постучал в дверь, а потом еще пять раз нажал на звонок для пущей верности. Было уже очень поздно для визитов, но если мне не светит сегодня поспать, то и его семья ни черта спать не будет.

Силли открыл дверь в бордовом халате и с хмурым выражением лица. Клянусь, едва я его увидел, мое либидо умерло в кровавых муках.

Убийственное выражение его лица вмиг стало оживленным.