Я молчал, потому что не знал слов. А если бы знал слова, то все равно бы молчал, потому что не умею петь. Так что, наверное, не очень-то и важно, почему я молчал. Главное, что я покачивал коленкой в такт.
And he fills it only halfway And before I even argue He is looking out the window At somebody coming in…Было хорошо. Под столом я никого не видел и не слышал, кроме Майло. Я перестал слышать «Голубой огонек» и перестал слышать, как гудят голоса на кухне. Под моей щекой вибрировала поющая грудная клетка.
Воздух точно переменился. Это было похоже на возвращение домой.
Майло допел до женщины, которая смотрит в витрину на свое отражение, и, обрывая самого себя, вздохнул:
– Вот так вот, Мики.
Я поймал себя на том, что забыл подумать, будто я кусочек пазла, не подходящий к картинке. Что это значит? Значит ли это, что я подошел?
Я открыл гермошлем своего воображаемого скафандра и посмотрел на Майло.
– Ты что, тоже с другой планеты? – спросил его я.
А Майло ответил:
– Конечно с другой, Мики.
Я снова примостился к его плечу, мысленно создавая новый список: «Вещи, которые я люблю делать». Первый пункт: «Лежать под столом вместе с Майло».
Ольга Птицева Начать смотреть
Ольга Птицева
Начать смотреть
TW: буллинг
Я сижу на кухне, стул подо мной поскрипывает. Это хорошо, значит, тело мое все еще что-то весит. Я стараюсь не плакать, но голос дрожит, и руки дрожат, и в горле наждачка. На экране ноутбука Ирина – мой терапевт, она смотрит сочувствующе, но выжидательно, мол, давай уже формулируй.