Задача Махоуни заключалась в разработке скоординированной программы изучения изменения климата, на которую выделялось $2 млрд. «Если вы собираетесь координировать работу тысяч ученых, вам нужна структура, ключевые вопросы», — пояснял он позже. Исследования были нацелены на решение 21 вопроса. Эти вопросы охватывали широкий тематический спектр: что происходит в нижних слоях атмосферы? Какова история изменения климата в Арктике и высоких широтах? В чем заключаются сильные и слабые стороны климатических моделей? Какова вероятность «резкого изменения климата»? Как учитывать «научную неопределенность» в процессе принятия решений? В рамках этого анализа президентская администрация поручила Национальной академии наук провести два исследования по изменению климата. Параллельно Министерство энергетики разработало вторую программу, Программу создания технологий для изучения климата с бюджетом $3 млрд.
Но в самой администрации изначально шла серьезная борьба из-за того, что, по словам Махоуни, существовали глубокие разногласия и два взгляда на программу по климату. С одной стороны, «нам нужна была надежная научная база», а с другой — «неизвестно сколько лет понадобится на ее создание. А в отсутствие такой базы мы не должны были предпринимать никаких конкретных действий».
«Конечной целью этой программы было получение единой модели Земли, — сказал Махоуни. — У нас богатые традиции принятия решений в условиях неопределенности — анализ решений и разработка политики. Однако сопротивление движению в этом направлении было очень сильным. Имелись серьезные научные вопросы, и на многие из них давались ответы, но с моделью Земли всегда будет связана значительная неопределенность»[520].
ПАНИКА В СВЯЗИ С ЯЩУРОМ
Пока США концентрировались на том, что администрация Буша называла «потребностью в дополнительных исследованиях», роль лидера в вопросе изменения климата на мировой арене перешла к Великобритании, точнее, к правительству Тони Блэра. Однако этого могло и не произойти, если бы не эпидемия в животноводческом хозяйстве Великобритании.
В октябре 2000 г. советником Блэра по вопросам науки стал Дэвид Кинг, профессор химии Кембриджского университета. Поначалу Кинг занимался вопросом снижения выбросов углекислого газа. Но в феврале 2001 г. в Великобритании произошла крупнейшая в мировой истории вспышка ящура. Коров и овец выбраковывали и уничтожали сотнями, дым от костров распространялся на десятки километров. В течение следующего полугодия Кинг был главным специалистом в правительстве по анализу ситуации и сдерживанию эпидемии. Профессионализм Кинга импонировал премьер-министру, Кинг обрел еще больший авторитет в его глазах. Его деятельность, по словам Блэра, была «работой мастера» и имела «бесценное значение»[521].