Некоторые называют его «пятым видом топлива», но многие не воспринимают ни как топливо, ни как энергоресурс. Тем не менее с точки зрения значимости это, несомненно, источник энергии. Его называют по-разному — энергосбережение, энергоэффективность, энергопродуктивность. Его даже можно назвать энергоизобретательностью — более разумным потреблением энергии. Независимо от названия это качественный ресурс в условиях роста доходов, большей мобильности и увеличения численности населения. Но использовать его непросто. К тому же он не бесплатен и требует вложения как времени, так и средств.

В течение многих лет энергосбережение рассматривалось как наказание, высокая цена, сокращение, снижение уровня жизни, одна из форм самопожертвования. Развивающиеся страны видели в нем уловку с целью лишить их возможности достижения более высокого уровня жизни. Теперь все изменилось. Ключевую роль энергоэффективности признали все[650].

Традиционно акцент на энергосбережении связывался со стоимостью и высокими ценами, а также с увеличением потребления энергоресурсов и уменьшением воздействия на окружающую среду. Повышение эффективности всегда было неотъемлемой частью инженерной практики. Но в последние годы появились два императива, которые усилили потребность в нем. Первый — это глобальное потепление. Чем эффективнее использование энергии, тем меньше выделяется углекислого газа. Второй — быстрый экономический рост в развивающихся странах, который существенно увеличивает потребление энергии и спрос на энергоресурсы. Все признают, что для поддержания устойчивого экономического роста без чрезмерного давления на мировые энергоресурсы необходимо повышать энергоэффективность.

Изменение отношения к энергоэффективности наблюдается по всему миру. Китай сделал энергоэффективность приоритетом энергетической политики, нацелившись на ее удвоение. Европейский союз намерен добиться 20 %-ного повышения энергоэффективности к 2020 г. Россия заявила о необходимости снизить энергоемкость российской экономики на 40 % к 2020 г. Администрация Обамы сосредоточилась на инвестициях в энергоэффективность как двигателе экономического роста. «Один из самых быстрых, простых и недорогих способов сделать нашу экономику сильнее и чище, — заявил президент Обама, — это повысить ее эффективность»[651].

РЕАЛЬНОЕ ПОВЫШЕНИЕ ЭФФЕКТИВНОСТИ

Одна из причин уверенности в потенциале энергоэффективности заключается в нынешних достижениях, которые гораздо больше, чем считают многие. Так, США по сравнению с 1970-ми гг. используют вдвое меньше энергии на единицу ВВП. Это результат главным образом повышения эффективности. В 1970-е гг. у новой машины пробег на литр бензина составлял в среднем 5,7 км. Сегодня же для новой машины он должен составлять в среднем 12,8 км на литр бензина. В будущем он будет гораздо большим — 22,7 км на литр. Теплоизоляция и управление отоплением в новом доме сегодня гораздо более эффективны, чем несколько десятилетий назад. Отчасти повышение эффективности также отображает структурные изменения в американской экономике. Экономика, как выразился бывший председатель Федеральной резервной системы Алан Гринспен, стала «легче». По его словам, «сегодня на то, чтобы произвести единицу продукции, требуется намного меньше материала, чем несколько десятилетий назад». Экономика — и, соответственно, измеримый ВВП — теперь в меньшей степени зависит от энергоемкого производства, и к тому же эти процессы сами по себе стали гораздо более эффективными. В большей степени экономика зависит от услуг и от информационных технологий, а также от более «легких» отраслей, которых в 1970-е гг. просто не существовало. В определенной мере структурные изменения также отображают перевод энергоемкого производства в страны с меньшими затратами. Так, производство чугуна и стали в США за последние три десятилетия сократилось почти наполовину[652].