Тем временем стая подводных киберсолдат настигла имитатор и атаковала фигуру аквалангиста, пронзая её насквозь. Псевдоаквалангисту, понятное дело, хуже не стало, и имитатор перешёл на максимальную скорость, уводя преследователей как можно дальше от Кузнецова. Очень скоро «Пираньи» разрушат сам имитатор, и действовать необходимо сейчас. Полковник включил водомётный двигатель на максимум и помчался к берегу, теряя маскировку.

Он успел преодолеть двести метров, и «Искра» ощутила приближение множественных носителей полимеров. Второй взвод «Пираний» двигался ему в лоб со стороны побережья, и полковник повторил свой манёвр: остановка и маскировка с одновременным запуском имитатора. Имитатор успешно увёл охотников за собой, и Кузнецов вновь помчался к берегу. На протяжении последующих полутора километров стаи «Пираний» перехватывали его ещё четырежды, но тактика всякий раз срабатывала без осечек. До берега оставалось всего триста метров, когда выяснилось, что все шесть стай «Пираний» мчатся за ним широким фронтом, охватывая с флангов, а в его распоряжении остался всего один имитатор.

На этот раз отвлекающий манёвр не сработал. За имитатором ушёл лишь один взвод из шести, остальные продолжили сближение, и Кузнецов запустил водомётный двигатель на максимальную мощность. Из воды он выбегал, когда преследующим «Пираньям» до его спины оставалось сантиметров двадцать. Иглы гарпунов били в бронеформу сплошным потоком, отскакивая от чешуек брони, и полковник работал ногами изо всех сил. Кибернетические подводные солдаты поняли это и слаженным манёвром атаковали ноги выбегающего на берег человека.

Сразу три «Пираньи», выпрыгнув из воды в паре метров от линии прибоя, метким броском достигли цели и вгрызлись в правую голень Кузнецова. Икроножную мышцу пронзила острая боль, и он упал на камни, перекатываясь подальше от воды в попытке сбить с себя «Пираний». «Пираньи» не сбивались, их тела меняли геометрию, сопротивляясь ударам о гальку, и продолжали пробуриваться через бронеформу и мышцу к кости. Рыча от боли, полковник сорвал с себя рюкзак и едва ли не выдрал из него пистолет. Бронебойно-полимерные пули пробили «Пираний» одну за другой, превращая их топливные элементы в искрящие бенгальские огоньки, и «Искра» ощутила уничтожение противника.

Три стальных рыбьих тушки, вгрызшиеся в ногу, торчали из раны, хлещущей кровью, и Кузнецов попытался вырвать хотя бы одну. В глазах помутилось от боли, и он почувствовал, как хрустит перебитая голень. Режущая боль вибрировала в мозгу, словно соревнуясь с «Искрой», и внезапно полковник понял, что лежит неподвижно и не ощущает боли в ноге. Болевые ощущения пульсирующими ударами исходили от «Искры», и с каждой пульсацией боль становилась менее сильной. Он поднял голову и посмотрел на перебитую ногу. Кровотечение сменилось истечением полимерного желе, выпускаемого «Айболитом». Идеально прозрачная и тугая, словно пластилин, полимерная субстанция без видимого напряжения вытолкнула из раны разбитые пулями тушки «Пираний» и заволокла рваные дыры в поверхности бронеформы.