Не вызывает сомнения, что земля в Wassingwell была пожалована Вуллафу на правах бокленда: освободительная формула весьма типична. Столь же бесспорно и то, что пока Mersham находился в руках Вул-лафа, он являлся боклендом, ибо тогда Вуллаф пользовался в этом населенном пункте той же «вольностью», которую теперь получил в Wassingwell. Здесь, таким образом, мы наблюдаем превращение, обратное тому, о каком шла речь в разобранном выше завещании элдорме-на Альфреда. Там фолькленд превращался путем королевского пожалования в бокленд; здесь же мы узнаем о переводе земли из категории бокленд в фолькленд. Если смысл первого превращения (фолькленда в бокленд) состоял в передаче королем земли под власть монастыря или служилого человека с тем, чтобы он мог собирать с этой территории доходы в свою пользу, то возвращение такой пожалованной в бокленд земли в разряд фолькленда означало, по-видимому, возобновление уплаты ее населением податей в казну.

Подобно норвежскому одалю, английский фолькленд был обложен повинностями и данями в пользу государственной власти. По мере распространения в Англии привилегированной земельной собственности-бокленда, владельцы которого — феодалы присваивали эти доходы с подвластного им крестьянства в свою пользу, отличительной чертой фолькленда все более становилась, судя по всему, именно обязанность уплачивать в казну дань и исполнять службы. С развитием феодального строя изменялась сущность «народного права», лежавшего в основе права фолькленда, и на первый план выступали уже не права его владельцев, а их обязанности по отношению к государству.

Как указывается в рассмотренной выше грамоте, по соседству с селением Wassingwell, переданным Вуллафу (либо в самом этом селении), был расположен «королевский фолькленд», которым владел, однако, не сам король, а некие Wighelm и Wulflaf. Полученную в результате обмена землю в Mersham король сделал своим фольклендом (буквально: «превратил себе в фолькленд»). Поддается ли фигурирующий в этом контексте термин «фолькленд» той интерпретации, которую ему дает П.Г. Виноградов? Очевидно, смысл только что охарактеризованных дарственных и меновых актов заключался не в отчуждении земельных владений, а в пожаловании права сбора даней-кормлений.

Вместе с тем понимание П.Г. Виноградовым противоположности бокленда и фолькленда как якобы свободно отчуждаемой частной собственности, с одной стороны, и земли, индивидуальное владение которой ограничено правами сородичей, не допускающими ее отчуждения посторонним, с другой, — это понимание вызывает возражение также и потому, что ведь и боклендом нельзя было свободно распоряжаться. При пожаловании бокленда могло быть запрещено передавать землю кому-либо, за исключением родственников. Об этом говорится в «Законах Альфреда»: «Если кто-либо имеет бокленд, полученный им от своих родных, то мы постановляем, что он не должен отчуждать эту землю за пределы своей семьи (1?æt he hit ne moste sellan of his mægburge) в случае наличия грамоты или свидетельства (gewrit oööe gewitnes), подтверждающих, что теми, кто первоначально приобрел ее, и теми, кто передал ее ему, это было запрещено; и пусть тот [кто оспаривает отчуждение] докажет это перед его родными в присутствии короля и епископа»³².