Вместе с тем в вооруженной борьбе с РЕНАМО — оппозиционной партией правого толка, которую возглавляли Андре Матсангаисса, а после его гибели Орланду Криштина, — Самора Машел искал поддержку и у противной стороны. В частности, он дважды летал в Вашингтон, где в мае 1977 года встречался с президентом Джимми Картером, а в сентябре 1983 года — с его преемником Рональдом Рейганом. Кстати, последний его визит подвиг тогдашнего первого заместителя главы Международного отдела ЦК А. С. Черняева поерничать и оставить в своем дневнике такую запись: «где президент Самора Мошер (так в дневнике — Е.Ю.) поехал “по Европам” в поисках оружия»[998].

Еще одним форпостом советского влияния в южной части Африканского континента стала Ангола, которая была крупнейшим в мире экспортером кофе и имела самые большие на континенте месторождения нефти и алмазов. Поэтому борьба за эту португальскую колонию, которая началась еще в начале 1960-х годов, развернулась не на жизнь, а на смерть. Основными соперниками в этой борьбе, которые имели собственные вооруженные формирования, стали три политические структуры: Национальный союз за полную независимость Анголы (УНИТА), основателем которого стал маоист Жонас Савимби, Фронт национального освобождения Анголы (ФНЛА), который возглавлял правый монархо-трайбалист Роберто Холден, и Народное движение освобождения Анголы (МПЛА), лидером которого был Антонио Агостиньо Нето.

На первую группировку ставку делал режим ЮАР, поскольку в Претории ее считали вполне умеренной и надеялись, что в случае прихода к власти она не станет поддерживать партизанское движение в соседней Намибии. Вторую группу поддерживали США, Франция и Заир. А третью группировку, которая позиционировала себя как настоящая марксистско-ленинская партия, стали активно поддерживать руководство СССР и Кубы. Сразу после «революции гвоздик» в Лиссабоне и краха португальской колониальной империи в Анголе было создано Временное коалиционное правительство, однако оно быстро распалось, и в стране началась кровавая Гражданская война, в ходе которой УНИТА и ФНЛА заключили союз против МПЛА. Однако в ночь на 11 ноября 1975 года отряды МПЛА захватили ангольскую столицу Луанду, и их лидер Агостиньо Нето провозгласил рождение нового независимого государства на Африканском континенте — Народной Республики Анголы (НРА).

Однако этот акт вовсе не поставил точку в Гражданской войне. Более того, обстановка в стране оставалась критической. С севера к Луанде продвигались вооруженные формирования ФНЛА при поддержке частей заирской армии, а с юга к столице страны рвались отряды УНИТА при поддержке подразделений юаровской армии. Да и в самой столице правительство А. Нето никак не могло навести элементарный порядок[999]. В этой ситуации он обратился к Москве и Гаване с отчаянным призывом о помощи, и она незамедлительно была оказана. До конца марта 1976 года в порты Анголы, контролируемые отрядами МПЛА, прибыло 27 крупнотоннажных транспортов из СССР и Кубы с боевой техникой, оружием и боеприпасами. Только из Советского Союза отрядам МПЛА было поставлено 70 танков Т-34, 200 танков Т-54 и 50 плавающих танков ПТ-76, более 300 БТР-152, БТР-60ПБ, БМП-1 и БРДМ, 22 истребителя МиГ-17, МиГ-19 и МиГ-21, 30 вертолетов Ми-8, 100 установок залпового огня БМ-21 и БМ-14, зенитные установки ЗИС-З-76, ЗПУ-1, ЗУ-23-4, ЗУ-23-2 и другое вооружение. Кроме того, в Луанду прибыла большая группа советских военных советников и спецов во главе с генерал-майором И. Ф. Пономаренко[1000]. А правительство Кубы в рамках операции «Карлота», над которой потел весь ее Генеральный штаб, уже к началу декабря 1975 года смогло перебросить в Анголу 20-тысячный контингент своих регулярных войск, который возглавил глава кубинского Генштаба генерал-майор Сенен Касас Регейро.