Между тем, по мнению ряда авторов (Ф. Дэвидсон[846]), именно эта операция «помешала Северному Вьетнаму выиграть войну в 1972 году», вынудила изменить позицию Пекина и Москвы, «заинтересованных в скорейшем прекращении войны, и заставить высшее руководство Северного Вьетнама пойти на диалог с американской делегацией в Париже». Неслучайно буквально через три дня после возобновления Парижских переговоров, в чем не последнюю роль сыграл и июньский визит советского «президента» Н. В. Подгорного в Ханой, Г. Киссинджер прямо заявил: «Мы уверены, что мир у нас в кармане». Кстати, именно это обстоятельство позволило Р. Никсону разгромить на президентских выборах своего главного конкурента — демократа Джорджа Макговерна, — строившего всю свою кампанию на антивоенной риторике, и в конце января 1973 года вторично въехать в Белый дом, правда очень ненадолго.

При этом, как считают целый ряд историков (А. Д. Богатуров, В. В. Аверков, П. Кальвокоресси[847]), именно в этот период Москва и Пекин стали скрыто конкурировать между собой за право «помочь» Вашингтону быстрее прийти к компромиссу с Ханоем. Однако поскольку его недоверие к пекинским вождям было куда большим, то официальный Ханой был более отзывчив именно к рекомендациям Москвы, поэтому советско-американское взаимодействие по вьетнамскому вопросу было более перспективным, чем американо-китайское. Кремлевское руководство мягко, но довольно успешно оказывало давление на «вьетнамских товарищей» с целью умерить их «аппетиты» и одновременно ускорить разрешение военного конфликта на условиях, которые, с одной стороны, гарантировали бы победу Северного Вьетнама, а с другой стороны, позволили бы США найти «достойный» выход из этой войны и сохранить «своё лицо».

Все участники Парижского переговорного процесса прекрасно сознавали, что главным препятствием для прекращения Вьетнамской войны был вопрос о «выживаемости» южновьетнамского режима Нгуен Ван Тхиеу, который в сентябре 1971 года на безальтернативной основе был вторично избран на свой президентский пост и держался исключительно благодаря военной поддержке Вашингтона, так как был совершенно не способен обрести поддержку внутри самого южновьетнамского общества. В конце концов при поддержке Москвы американской стороне удалось достигнуть взаимопонимания с руководством ДРВ и Вьетконга относительно условий компромисса, гарантом которых стали Москва и Пекин, также взявшие на себя ряд обязательств. Так, Вашингтон согласился начать вывод своих войск и завершить его в кратчайшие сроки, Ханой обязался воздерживаться от вооруженного вмешательства в южновьетнамские дела, а Пекин и Москва обещали сократить свою помощь ДРВ, чтобы «ограничить ее возможности силой влиять на ситуацию в Южном Вьетнаме».