Ровно через месяц после этой встречи госсекретарь Д. Раск поинтересовался у А. Ф. Добрынина реакцией Ханоя на предложение Л. Джонсона, на что последовал ответ, что Москва передала это письмо, однако вьетнамская сторона в условиях продолжавшихся бомбежек «лишена возможности положительно реагировать на это обращение правительства США». При этом, судя по всему, в Кремле не очень-то хотели выступать в роли посредника во вьетнамском вопросе по двум причинам. С одной стороны, Вьетнамская война пожирала огромные ресурсы США — и это вполне устраивало Москву. С другой стороны, у Л. И. Брежнева не было гарантий того, что после прекращения бомбардировок вьетнамцы сами не ударят по американским позициям, и «тогда американцы скажут, что нам верить нельзя»[831]. При этом в середине августа 1967 года в Москву прибыла внушительная делегация ДРВ во главе с членом Политбюро ЦК ПТВ, первым заместителем председателя правительства, главой Госплана Ле Тхань Нги, который имел личные беседы с Л. И. Брежневым, А. Н. Косыгиным и другими членами высшего советского руководства на предмет подписания нового масштабного договора между СССР и ДРВ об экономическом и военном сотрудничестве. Кроме того, судя по брежневскому дневнику, вьетнамский гость очень подробно, с конкретными цифрами проинформировал генсека о ходе боевых действий и военных операциях, о потерях американской стороны в живой силе и технике и о перспективах дальнейшего ведения войны, особо указав на то, что только военная и экономическая помощь «Сов. Союза и других соц. стран позволит нанести врагу окончат. поражение в ближайшее время»[832].

Между тем уже в конце ноября 1967 года на одном из приемов Роберт Макнамара в частном порядке сообщил А. Ф. Добрынину, что собирается уйти в отставку с поста министра обороны и перейти на работу в Международный банк реконструкции и развития, так как он устал, не желает дальше ассоциировать себя с войной во Вьетнаме и что у него возникли серьезные разногласия с высшим генералитетом Пентагона. А уже в последний день февраля 1968 года, окончательно убедившись в полном провале «вьетнамской авантюры», затеянной при его активном участии, он ушел в отставку. Новым министром обороны был назначен Кларк Клиффорд, который, по словам А. Ф. Добрынина, «не мог держать в узде военных, как это делал Макнамара»[833], и в январе 1969 года при смене хозяина Белого дома он тоже ушел в отставку.

К тому времени Вьетнамская война, начавшаяся как относительно частная военная операция по обеспечению защиты американских баз на территории Южного Вьетнама от южновьетнамских партизан и их северо-вьетнамских союзников, к началу 1968 года уже переросла в широкомасштабную войну, в которую были вовлечены более 536 тыс. американских военнослужащих. При этом партизанский характер этой войны как в джунглях, так и в городах не позволял американским силам использовать все свои преимущества в боевой выучке и технической оснащенности подразделений. Все попытки Вашингтона принудить партизанские формирования Вьетконга к капитуляции «ковровыми бомбардировками» их баз на территории Южного Вьетнама, а также регулярными налетами на промышленные и военные объекты ДРВ не давали желаемого результата. Война приобрела явно затяжной характер, и потери американской стороны стали расти в геометрической прогрессии.