— Мам, как думаешь, если я сейчас начну учить немецкий, то мне будет проще в Германии? Или лучше подождать и начать учить уже там, когда мы поженимся? — спрашивала Оля, а мама слушала и вздыхала.

Первые несколько недель Серёжка звонил, писал каждый час, говорил, что он вот уже завтра пойдёт и будет узнавать по поводу документов, а Оля накручивала на вилочку вкусную лапшу с ушей и учила язык. Потом лапша стала горчить, а общение перешло в режим пары сообщений в день. Нет, инициатором этого была не Оля, а Серёжка. Ведь он так уставал после учёбы, да и на работу вышел. Она всё понимает, всё прощает и не обижается.

Незаметно как-то звонки прекратились вообще, сообщения остались, но из разряда раз в неделю.

Оля плакала на кухне у родителей. Мама снова вздыхала, папа хмурился, но принять ситуацию девушке хоть и было сложно, но пришлось. Второй раз ее бросал Серёжка. Теперь было намного больнее, чем тогда, 15 лет назад.

Всё стало понятно, когда он однажды перестал отвечать на сообщения, а в соцсети, в которой он сам тогда написал Оле, появились его счастливые фотографии с девушкой.

— Мам, ты знаешь, я поняла, зачем мне это всё. Он мне помог избавиться от баласта, который жил со мной и преподал хороший и дорогой урок: слова — удел ветреных и слабаков. Удел сильных — поступки, — говорила маме Оля, собираясь начать новую жизнь, в которой не будет места ни мусору, ни пустомелям.

Да иди ты…

Да иди ты…

— Юлька, тебе надо купить это белье! — прокричала из-за вешалок с лифчиками и трусами Наташа, параллельно потрясая рукой, в которой был зажат кружевной комплект.

Да какое "надо"? Его же одевают только для того, что бы через пару минут снять!

Юля покраснела. Они же в огромном торговом комплексе в центре города! А если кто из знакомых это вот всё увидит и услышит? Ужас какой! Столько лет дружат, а всё никак не может привыкнуть к временами откровенному поведению Наташи.

— Прекрати орать, — прошипела Юля, — и убери это немедленно.

— Да ладно тебе! — сказала в ответ Наташа, — Чего стесняться? Ну да, тебе уже 18 плюс 22, но ты же ещё огого!

И зачем только согласилась пойти в этот отдел? Конечно она любила красивое белье, но функциональность тоже важна. А тут прозрачные тряпочки и какие-то ниточки между ними.

— Не уверена, что Миша это оценит, — резюмировала Юля, всё же покрутив белье, которое ей всучила подруга, в руках.

— Ой, да ты не для Миши, а для себя купи! Живём один раз.

— Наташа, ты в разводе, я замужем. Разница в том, что тебе надо завоевывать, а у нас всё стабильно и ровно.