Вот и конец легенды о шахтерском Геркулесе, легенды, ничем не напоминающей историй античных героев. Легенды о его славной жизни и мужественной гибели.
Согласно словарю, «легенда» — это повествование о жизни священных особ или же предание, вымышленная история.
это повествование о жизни священных особ или же предание, вымышленная история.
Период второй мировой войны дал понятию «легенда» и иное, не раскрытое словарем значение. Однако самое главное: в этих новых легендах вообще ничего не нужно выдумывать.
Франтишек Ставинога, «Фигурки из угольной пыли», 1976.
Перевод Т. Большаковой.
Перевод Т. Большаковой.
Яромир Томечек
Яромир Томечек
Яромир Томечек
Я — из Кромержижа. Родился 3.9.1906 года в семье портного. Мой город построен в стиле барокко, и в нем так много парков, что он охраняется законом как исторический памятник.
Я — из Кромержижа. Родился 3.9.1906 года в семье портного. Мой город построен в стиле барокко, и в нем так много парков, что он охраняется законом как исторический памятник.
Кромержиж расположился между плодороднейшей долиной Ганы и хребтом Хршибского со множеством романтических лесных уголков. Моя юность прошла в атмосфере этого волшебного союза искусства и природы, и, хотя шла первая мировая война со всеми вытекающими из этого отвратительными последствиями, я искал и находил возможность использовать эту редкостную атмосферу моего города. Здесь я окончил гимназию, а в университете в Брно получил ученое звание доктора права, что определило мой дальнейший жизненный путь. Я работал юристом сначала в Карпатах, позже в Брно, а потом занялся публицистикой и литературой. Во время фашистской оккупации Чехословакии меня по тотальной мобилизации отправили на принудительные работы на сталелитейную фабрику, где я проработал до освобождения, выйдя оттуда скорее больным, чем здоровым.
Кромержиж расположился между плодороднейшей долиной Ганы и хребтом Хршибского со множеством романтических лесных уголков. Моя юность прошла в атмосфере этого волшебного союза искусства и природы, и, хотя шла первая мировая война со всеми вытекающими из этого отвратительными последствиями, я искал и находил возможность использовать эту редкостную атмосферу моего города. Здесь я окончил гимназию, а в университете в Брно получил ученое звание доктора права, что определило мой дальнейший жизненный путь. Я работал юристом сначала в Карпатах, позже в Брно, а потом занялся публицистикой и литературой. Во время фашистской оккупации Чехословакии меня по тотальной мобилизации отправили на принудительные работы на сталелитейную фабрику, где я проработал до освобождения, выйдя оттуда скорее больным, чем здоровым.