Наступила ночь. На фоне абсолютно черного ноябрьского неба Ленинградский проспект выглядел ярким коридором, ведущим к кремлевской цитадели этой огромной страны. Она вновь затянула в себя Трампа, несмотря на зарок забыть о ней навсегда.

Колонна доползла до Манежной площади, свернула на Лубянку и двинулась вокруг Кремля. Самый модный в Москве ресторан «Roasted Wolf» притаился рядом с Кремлевской стеной, в подвальном этаже Манежа. Подвал появился в нем после реконструкции здания, сгоревшего дотла в середине нулевых, в день выборов президента России. Сначала в подземном пространстве сделали гараж, позднее его арендовал успешный бизнесмен из Казахстана, немец по национальности Герман Греф. Будучи успешным ресторатором у себя на родине, он начал бизнес в Москве не с маленьких закусочных, а с огромного ресторана в подземном пространстве Манежа. Здесь начали проводить государственные приемы, забыв устаревший еще в прошлом веке зал Государственного Кремлевского дворца.

Машины и автобусы подъезжали к задней стороне Манежа, со стороны Кутафьей башни. Гости выходили на площадь и спускались по лестнице на подземный уровень. Там их встречал хозяин заведения господин Греф. Всем мило кивал, показывая истинно немецкую интеллигентность. Особо дорогим гостям жал руки, кланялся и отдавал приказ стоящим за его спиной официантам проводить гостя, куда ему было предписано – строго по рангу. Так повелось испокон веков в грандиозных русских застольях – главные боссы отдельно, помельче – тоже отдельно, все остальные – в общей куче.

Главный на этом приеме, разумеется, был американский миллиардер. Он вышел из «членовоза» первым, помог выйти китаянке Чунтао. Ее рука в белой перчатке ловко и так цепко скользнула ему под локоть, что ему ничего не оставалось, как приклеить на лицо лучезарную улыбку и проследовать к Манежу под руку с прекрасной азиаткой. Ее длинное белое платье, в котором она стала победительницей, волочилось по мокрому асфальту, сотни фотоаппаратов мерцали вспышками. Трамп отметил, что манжеты его сорочки слишком сильно вылезают из рукавов пиджака. Но подтянуть их не получилось. Неудобства продолжились. Перед входом его ослепила световая конструкция на стене Манежа. Под неоновой вывеской «Restaurant Roasted Wolf», красовалась огромная сковорода матово-серого цвета с желтыми масляными пузырями. Ее края обрамляли волчью голову. Она переливалась красными, белыми и оранжевыми пятнами, глаза извергали пламя, оскаленная пасть улыбалась, будто приглашая гостей к себе. Трамп заметил, как Чунтао с удивлением, но без всякой опаски посмотрела на «жареного волка». В памяти мелькнула мастерская Зураба Церетели, в которой он видел десятки похожих голов, только нарисованных на холстах или отлитых в бронзе. «Национальная особенность», – мелькнуло в голове. Порыв холодного ветра рванул его длинный синий галстук, и он прилип к лицу китаянки. Отличный кадр – блики фотовспышек слились в один яркий световой поток. К счастью, проход от машины быстро закончился, и скоро Трамп с Чунтао спустились по лестнице, где их встречал улыбающийся ресторатор Герман Греф. Он знал не только родной казахский, но и английский.