Когда Листер продолжает, голос его дрожит:

– Я не врал тогда в самолете, я правда думал, что это не я. Но потом нашел его в телефоне и вспомнил…

Я ни слова не могу из себя выдавить. Листер выпрямляется.

– Послушай, это случилось несколько месяцев назад. Меня тогда окончательно достали все эти фанатские фантазии на тему Джоуэна… – Я вижу, что его глаза наполняются слезами. – Понимаешь, они все хотели, чтобы вы с Роуэном… любили друг друга. А меня как будто исключили из уравнения, лишили даже шанса быть с тобой. Я думал, если я хотя бы попытаюсь, фанаты… озвереют.

– Шанса быть со мной? – тупо повторяю я.

Листер продолжает, будто не слыша меня.

– Ты нравился мне много лет, но фанатам же насрать на это, они ничего не видят, им только Джоуэна подавай. И вот однажды ночью, после вечеринки у нас дома, я увидел, как вы двое спите в обнимку… будто женатая парочка или вроде того. – Слезы катятся по его лицу. А может быть, это просто дождь. Листер понижает голос до едва слышного шепота: – Я в жизни не чувствовал себя таким жалким и ненужным.

Я сижу, оцепенев, и ничего не говорю. Листер нервно хохочет, вскидывая руки в воздух.

– И я поступил так, как поступаю всегда! Превратил все в шутку. Напился, сфотографировал вас и отправил парочке друзей с подписью: «ЛОЛ! Посмотрите-ка! Джимми и Ро похожи на восьмидесятилетних женатиков!!» Видимо, один из них потом слил это в сеть. Но вина целиком и полностью на мне. Прости, Джимми. Ты даже не представляешь, как мне жаль.

Но Листер ни в чем не виноват. Это все моя вина.

Я виноват в том, что был слеп.

– Джимми, пожалуйста, не нужно меня ненавидеть, – просит Листер.

– Я не ненавижу тебя, – чужим голосом отвечаю я. – Я ненавижу себя.

Сокрушительная тяжесть правды разом обрушивается на меня, пальцы сами сжимаются в кулаки.

– Как же я себя ненавижу. Господи. Какого хрена я до сих пор живу.

Листер смотрит на меня широко распахнутыми глазами.

– Мне нужно побыть одному.

Я резко встаю со скамейки и иду назад в дом. Листер что-то кричит мне вслед, но я больше не хочу его слышать – я вообще ничего больше слышать не хочу.

АНГЕЛ РАХИМИ

АНГЕЛ РАХИМИ