Организация единого государственного (царского) хозяйства в масштабах большой территории требовала огромного количества административного персонала — надсмотрщиков, писцов, начальников отрядов рабов, начальников мастерских, управляющих. Это была огромная армия чиновников, которую набирали из разорившихся общинников. Получая кусок государственного пирога, чиновники вместе с войском и жречеством составляли социальную опору режима. В системе управления хозяйством все фиксировалось: выдача продуктов, учет рабочей силы, выполнение норм и т. д. Благодаря бюрократизму восточных деспотий музеи мира хранят тысячи глиняных табличек с клинописью — документы учета в хозяйстве царей.

Восточные деспотии были уязвимы для голода. Поскольку своих хозяйств у людей не было и они жили пайками, поступавшими из урожая государственного (царского) хозяйства, то любая остановка централизованного снабжения, преднамеренная или случайная, грозила бедой. Хозяйственная система классических восточных деспотий была неэффективной: скудный паек рабов-илотов создавал слабые стимулы к труду. Это предопределило нежизненность системы. Сохранять громоздкое государственное (царское) хозяйство и управлять им в течение долгого времени оказалось невозможно. Так, царство III династии Ура, где описываемая хозяйственная система достигла наивысшего расцвета, просуществовало около 100 лет. Затем государственное хозяйство распалось, земля была роздана в частное пользование.

Новое время внесло лепту в опыт государственного регулирования снабжения. Парижская коммуна, например, не избежала карточек. Однако особо богатым в этом оказалось новейшее время. Мировые войны XX века, вызвав резкое обострение дефицита ресурсов в воюющих странах, привели к усилению централизации и активному вмешательству государства в систему снабжения, которая до этого регулировалась рынком. Немногие из воевавших государств избежали введения карточек.

Во время Первой мировой войны принципы, на которых основывалось распределение продуктов и товаров, были едины в Германии, Австрии, Франции и России[519]. В первую очередь снабжалась армия, которая находилась на пайковом довольствии. Карточки как мера ограничения и регулирования потребления гражданского населения появлялись стихийно по инициативе органов местного управления. В России карточки вводились кредитными и потребительскими обществами, союзами кооперативов, местных торговцев, городскими самоуправлениями и земскими организациями. Стихийность распространения карточек определила пестроту норм, ассортимента нормируемых продуктов и принципов распределения. Сведения о локальных карточных системах свидетельствуют, что в тех случаях, когда стратификация снабжения существовала, она определялась в основном принципами социальной справедливости. Преимущества при получении калорийных продуктов, например молока и мяса, имели дети и больные. В некоторых местностях карточки выдавали только беднейшим горожанам и семьям нижних чинов, призванных в армию.