И если когда-нибудь суждено будет появиться историку, – а возможно, что нить исторической жизни прервется и он не появится, – который выполнил бы все эти три задачи одинаково и совершенно; если бы в его распавшемся духе отразились и нашли отзвук все мысли, все чувства и все желания, которыми радовалось и страдало человечество, и все бы это он понял и оценил многовековую и изменчивую судьбу; если бы с этою художественностью в нем соединился такой светлый разум, что стало бы понятно ему все, что совершилось, и, проследив это совершившееся, он сказал бы, что в нем и не произошло ничего, кроме того, что должно было произойти, что нет в истории ни излишка, ни недостатка; и, наконец, если бы при этой силе понимания и при знании всей глубины порока и зла – что необходимо для понимания – в нем еще сохранилась та чистота души и те стремления к конечному доброму, без которых невозможно оценить нравственное значение совершившегося и придать нравственный смысл своему труду, – если, повторяем, когда-нибудь появится историк, который так полно вместит в себя жизнь человечества и так совершенно отразит ее в своем труде, – это будет совершеннейший человек, какого знает история, и им произведенное – лучшее и драгоценнейшее, что от нее останется.

* * *

Мы обозрели все формы Пониманиям и каково бы ни было то, что сказано нами в пределах каждой из них, самые пределы таковы, что через них никогда не переступит человеческий разум, но все, что он создаст в будущем, ляжет содержанием внутри их.

И в самом деле, что есть в науке или что может когда-либо появиться в ней, кроме понимания? и что́ в самом понимании может быть кроме познающего, познавания и познаваемого? Что́ может быть усмотрено в познающем, кроме сторон бытия его, и чем может быть познавание, кроме как только или проверяющим исследованием узнанного уже, или изысканием новых истин относительно неузнанного? И из них первое – исследование – что другое может проверять, кроме мыслимого и совершаемого, а второе – изыскание – из чего другого может состоять, как не из мышления и приемов изучения, или методов, и на что другое может быть направлено, кроме как на лежащее вне сознания и внутри его? Самое же познание, то, что является результатом взаимнодействия между познающим и познаваемым, что другое может иметь своим объектом, кроме мира внешнего для человека и мира внутреннего для него? Внешний же мир в чем другом может быть познаваем, кроме как только в существовании своем, в изменении и элементах его – законах, силах, процессах, в сущности своей, в свойствах, в причинах и в следствиях, в целях, в сходстве и различии и в количественных отношениях; и по отношению к каждой из этих сторон, что другое может быть узнано, кроме того, что такое эта сторона и какое имеет она приложение ко всем единичным вещам в Космосе и к самому Космосу как целому: напр., что такое причинность, каковы причины всего и какая причина того, в чем все? И наконец, в Мире человеческом что другое может быть изучено, кроме творчества человеческого, а в нем – творящего, творения и творимого, и далее – кроме законов или соотношений в нем, уже не творящих и не сотворенных, добра и зла, которым является творимое, целей или конечных форм, к которым стремится оно и которые только мыслимы, путей к этим конечным формам и истории, как совокупности совершенного и совершившегося в Мире человеческом? Не совершенно ли ясно, что вне этого не только никогда не вращалась человеческая мысль, но что это – круг, так прекрасно замкнувшийся, что из него она никогда не будет иметь ни сил выйти, ни даже желания, потому что нет вне этого ничего, чего мог бы пожелать человек узнать, что в силах был бы назвать он как предмет желаемого познания? Не так же ли все это непреложно, как то, что нет ничего третьего среднего, кроме узнанного и неузнанного, простого и сложного, внутри лежащего и вне находящегося, общего и частного, целого и дробного и всего подобного, что мы всегда стремились избирать как руководящее начало деления в исследованном нами Понимании, чтобы, уловив сущность науки в целом и потом внутренно дробя ее, не упустить какой-либо части этого целого?